42 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Новости Екатеринбург

Содержание

Больные сахарным диабетом в Свердловской области начали получать в поликлиниках инсулин российского производства вместо импортного аналога. Пациенты беспокоятся, что замена плохо скажется на их здоровье, и по возможности продолжают покупать европейские препараты в аптеках.

О возникшей ситуации рассказал в фейсбуке екатеринбуржец Дмитрий Карасюк: «За это время мой эндокринолог бережно перевела меня на другой, более современный инсулин – бельгийский хумалог. Лет 10 я получал его в поликлинике безо всяких проблем (технические задержки не в счет). Месяц назад хумалога в аптечном киоске при поликлинике не оказалось. Обещали перезвонить, когда получат. Ожидание затянулось. Пришлось несколько раз покупать инсулин в аптеках, причем, по словам аптекарей, так делал далеко не я один. Сегодня позвонили из поликлиники и вручили незнакомый инсулин РинЛиз. Я позвонил врачу. Она – не последний эндокринолог области, долгие годы заведовала отделением в одной из крупных больниц, но об этом РенЛизе даже не слышала. Она настоятельно посоветовала не экспериментировать и, пока возможно, покупать хумалог в аптеках».

В пресс-службе свердловского минздрава «Новому Дню» пояснили, что препарат «РинЛиз» победил в аукционе на закупку лекарств в Свердловской области. Инсулин петербургской фирмы «Герофарм» является аналогом препарата «Хумалог» и содержит то же самое действующее вещество. «Все закупки производятся в рамках российского законодательства», – уточнил пресс-секретарь ведомства Константин Шестаков.

Другие диабетики, опрошенные «Новым Днем», подтверждают, что минздрав стал меньше закупать импортный инсулин и постепенно переводит всех больных диабетом на российские лекарства. Но отечественные препараты действительно могут не всем подходить. «Импортный и отечественный инсулин – это как автомобили БМВ и «Москвич». Плюс импортный чаще всего ультракороткого действия – то есть действует сразу в течение 15 минут. А отечественные – короткие, они начинают действовать через час и более», – рассказывают собеседники агентства.

Пока больным диабетом в Свердловской области удается решать эту проблему – кто-то успел сделать запасы, а кто-то вынужден покупать привычный для себя препарат в коммерческих аптеках. В региональном минздраве отметили, что в случае недовольства льготным инсулином пациентам следует обращаться к лечащему врачу.

Екатеринбург, Ангелина Сергеева

«Лучше куплю на свои». Диабетиков переводят на российские инсулины

Больным сахарным диабетом в разных регионах России стали выдавать инсулин отечественного производства вместо привычных европейских препаратов. Диабетики первого типа бьют тревогу: замена оригинального инсулина на биоаналог без наблюдения врача может привести к тяжелой аллергии и развитию осложнений. Больные поставлены перед выбором: решиться на бесконтрольный эксперимент над здоровьем или покупать инсулин за свой счет, тратя огромные деньги.

У части оригинальных инсулинов, таких как Лантус (международное непатентованное наименование – инсулин Гларгин), Хумалог (инсулин Лизпро), закончилась патентная защита. У Новорапида (инсулин Аспарт) патентная защита заканчивается летом следующего года. Это значит, что любой фармпроизводитель вправе создавать свою версию – так называемый биосимиляр. Полноценные клинические испытания биосимиляры не проходят.

Российская компания «Герофарм» уже производит биоаналоги Гларгина и Лизпро – Ринглар и Ринлиз. Летом «Герофарм» готов выпустить на рынок биоаналог Новорапида (инсулин Аспарт) – инсулин Ринасп.

Проблема в том, что, в отличие от дженериков (аналогов препаратов, синтезируемых химическим путем), биосимиляр невозможно сделать полностью идентичным оригиналу. Это медицинская биотехнология – метод производства лекарства из живых клеток (бактерий, вирусов, грибов), где условия производства оказывают существенное влияние на эффективность препарата. Именно поэтому, считают ученые, «сокращенная процедура регистрации, принятая для дженериков, неприемлема для биосимиляров».

Однако региональные министерства и комитеты по здравоохранению закупают препараты по международному непатентованному наименованию, то есть уже сейчас инсулинозависимым пациентам может достаться не привычный оригинальный препарат, а новый биосимиляр. И если смотреть в закупках, то, например, в Саратовской области биосимиляр Гларгин производства Уфы уже вытеснил оригинальный Лантус.

Хумалога не будет?

В конце ноября в саратовское сообщество родителей детей, больных сахарным диабетом, обратился Алексей Пустовалов из Воронежа: его сыну перестали выписывать инсулин Хумалог. Говорили – на складе нет и в ближайшее время не появится.

– Запас Хумалога (это ультракороткий инсулин, который мы колем сыну «на еду») мы собирали по сообществам диабетиков по всей стране, – объясняет Алексей. – Слава богу, люди в помощи не отказывают – теперь у нас сформирован запас на ближайшие полгода. Впрочем, это нас не спасёт. Воронежские эндокринологи говорят, что после Нового года Хумалога больше не будет, станут закупать его биоаналог российского производства. Поэтому по совету врачей будем переводить сына на Новорапид.

В Карелии биоаналог Хумалога – инсулин Ринлиз российской компании «Герофарм» – больным сахарным диабетом выдают с октября этого года. Ольга Охотникова, чья девятилетняя дочь болеет сахарным диабетом уже пять лет, ведет «ВКонтакте» группу «ДИА Петрозаводск».

– В Карелии, видимо, решили поставить эксперимент: малышей переводят на российские инсулины, – говорит она. – В октябре детям стали выдавать Ринлиз. Родители отказываются. Предпочитают покупать оригинальные препараты за свой счет.

В Саратовской области и Алтайском крае вместо Лантуса – инсулина продленного действия – родителям детей-диабетиков начали выдавать его биоаналог Гларгин, производства компании «УфаВИТА».

– Я, конечно, его брать не стала, – говорит Юлия Новохатняя из Алейска, Алтайского края. – Хотя в аптеке объясняли, что Лантус и Гларгин – это одно и то же. Стала звонить в крайздрав. Там сказали: надо пройти врачебную экспертизу. Эндокринолог должен написать заключение, почему не подходит именно этот инсулин. А для этого его нужно попробовать, «может быть, подойдет». Но я не хочу экспериментировать на ребенке.

В Саратовской области эндокринологи советуют отказываться от препарата отечественного производства, если в выписке из стационара указано не действующее вещество, а торговое наименование препарата.

Травма головы от смены инсулина

Татьяна Петрова из Саратова уверена, что переход с инсулина на инсулин должен происходить под контролем врача. Её сын заболел сахарным диабетом первого типа 13 лет назад. С инсулином Новорапид удалось наладить хорошую компенсацию и избежать серьезных гипогликемий (низкого сахара в крови, чреватого потерями сознания и даже комой. –​ Прим. РС). Единственный раз мальчик вынужденно сменил препарат, и это закончилось травмой.

– У моего ребенка есть особенность – у него инсулин «разворачивается» (начинает действовать. – Прим. РС) очень быстро, – объясняет Татьяна. – Он вводит препарат после того, как поест. Однажды в Саратове долгое время не было Новорапида. И нам посоветовали попробовать Хумалог. Отличительная особенность этого инсулина – он действует быстрее. Мой ребенок подстраховался – выдержал паузу после того как поел, подколол инсулин. Стоит, нормально со мной разговаривает. И вдруг в один момент выгнулся назад дугой и рухнул на пол. Хумалог и после еды умудрился загнать его в тяжелую гипогликемию. Результат – травма головы и выбитый палец на правой руке. С тех пор я зареклась – никаких экспериментов, лучше куплю за свои.

Татьяна уверена, что нельзя просто заменить оригинальный препарат на его биоаналог. С научными статьями в руках она доказывает, что биосимиляр по своему воздействию может здорово отличаться от оригинала.

– Собрать любую молекулу вещества не трудно, – говорит она. – Вопрос в степени очистки субстанции – сколько там останется белковых «хвостов», провоцирующих аллергию, и от того, какие будут применяться консерванты, которые тоже могут вызывать реакцию. Чем ниже степень очистки, тем дешевле производство.

– У меня вопрос: почему наши биоаналоги почти в два раза дешевле оригиналов? – задается вопросом Дина Доминова из Москвы, диабетик с 23-летним стажем. – На чем производители экономят и не выйдет ли эта экономия мне боком? Я имею право это знать.

Никто из диабетиков в глаза не видел клинических исследований российских биоаналогов инсулинов, отмечает Дина. А без клинических испытаний невозможно прогнозировать, как будет работать биосимиляр.

– Если по Хумалогу, Новорапиду, Апидре и другим оригинальным инсулинам результаты клинических испытаний есть в открытом доступе, то по биоаналогам, произведенным в России, их нет, – объясняет Дина Доминова. – Кроме того, у меня инсулиновая помпа. Исследования этих препаратов на помпе не проводились в принципе.

– Но какая разница, если это по сути один и тот же инсулин – Лизпро меняют на Лизпро, а Гларгин на Гларгин? Почему важен производитель?

– После введения санкций у нас в России есть продукты, которые называются «сыр» и «хлеб». Но похож ли этот «сыр» на нормальный сыр? Инсулин – это не еда, это препарат, от наличия и качества которого зависят мои здоровье и жизнь.

«Мы с биосимилярами не работали»

– Я, честно говоря, пока ничего не могу сказать о биосимилярах, – говорит детский эндокринолог, доктор медицинских наук Надежда Райгородская из Саратова. – Мы с ними не работали, информации и опыта применения у нас пока нет. Но несколько лет назад была похожая ситуация с гормоном роста Ростан. До его появления мы назначали гормоны роста европейских производителей. Когда появился отечественный препарат, к нему было настороженное отношение. Но его применение широко обсуждали, в клинических испытаниях участвовали и наши пациенты. Прошло несколько лет, прежде чем настороженность пропала, и пациенты стали применять его без опасений. Он себя зарекомендовал как хороший препарат – дети от него растут, побочных эффектов мы не наблюдаем. Конечно, есть и те, кто хотел бы использовать европейские препараты. Но сейчас выписывают только Ростан.

История с гормоном роста – любимый аргумент сторонников импортозамещения в фармацевтике. Но диабетиков он убеждает не вполне.

– На дне диабета в Доме ученых в Москве выступала Валентина Петеркова (академик РАН, специалист по детскому диабету. – Прим. РС), – говорит Дина Доминова. – Она вежливо нам сказала, что мы такое уже проходили с гормоном роста, когда всех в нем нуждающихся переводили на отечественный препарат. Много было возмущений, но тем не менее всех на него перевели. Была ли альтернатива, спросили мы. Нет, альтернативы не было. Импортные гормоны просто перестали завозить в Россию. Когда у тебя выбор – колоть хоть какой-то препарат или никакого, понятно, что ты выберешь хоть какой-нибудь. Далее она сказала, что, если вы обнаружили у себя аллергию на биосимиляр, приезжайте к нам в Эндокринологический научный центр (ЭНЦ), будем разбираться. То есть, положим, ребенок или взрослый из Владивостока, с Сахалина, должен сначала получить направление, подождать очередь месяца три, прилететь в Москву и начать обследование. А что делать эти три месяца, что ты ждешь очереди? Колоть препарат, на который у тебя аллергия? Или покупать за свои?

О том, что должна быть свобода выбора препаратов, говорят все без исключения диабетики: и те, кто готов попробовать перейти на российские инсулины, и те, кого это пугает.

– Для нас, диабетиков, важна компенсация, – говорит диабетик и инстаграм-блогер Нюра Шарикова. – У кого-то может быть аллергия и на импортный инсулин (как биопрепарат, любой инсулин вызывает иммунную реакцию организма. – Прим. РС). У меня, например, на многие инсулины аллергия. Так что я за то, чтобы мы пробовали, но только под присмотром врачей. И чтобы был выбор – остаться на своем препарате, если новый тебе не подошел.

– То, что начали выпускать российские инсулины, – это хорошо, – говорит Татьяна Петрова. – На случай всеобъемлющих санкций или, не дай бог, войны, когда не до жиру, быть бы живу, отечественный препарат будет спасением. В критической ситуации все средства хороши, лишь бы выжить. А вот когда пациент месяцами или годами налаживал компенсацию, вычислил на своём инсулине все дозы, коэффициенты и паузы, опытным путём на каждый продукт, и тут получает другой инсулин, на котором всё нужно сначала начинать – радости мало.

Проблема в том, что система госзакупок уже практически закрыта для оригинальных инсулинов европейского или американского производства. В 2015 году в рамках «антикризисного плана» правительство РФ выпустило постановление №1289, которое гласит, что если в тендере участвуют два российских препарата отечественного производства, то препарат зарубежный к конкурсу уже не допускается.

Карельские родители уже покупают своим детям инсулин за свой счет. С проблемами сталкиваются даже в столице.

– В этом году в Москве очень плохо с Хумалогом, – объясняет Дина Доминова. – Весной, когда по рецептам я получить препарат не могла, я покупала его самостоятельно. Упаковка обошлась мне в 2700 рублей. На месяц таких упаковок мне нужно две. Так как у меня третья группа инвалидности, то мне положена пенсия – она составляет 5400 рублей.

Для того, чтобы добиваться хорошей компенсации, и соответственно как можно дольше жить без осложнений, Дина только на обслуживание диабета тратит 20 тысяч в месяц. В эту сумму входят покупка тест-полосок, обслуживание непрерывного мониторинга глюкозы крови, покупка расходных материалов для инсулиновой помпы. И хотя с 2019 года расходники к помпе должен оплачивать федеральный бюджет, далеко не все диабетики на помповой терапии стали получать её в начале года.

– Многим из нас первые расходники выдали только в ноябре, – говорит Дина. – Если к этому добавятся еще и инсулины, то сумма только на диабет будет 25 тысяч рублей. А ведь нужно еще проходить регулярное обследование – проверять глаза, почки. При всем моем уважении к бесплатной медицине, она находится на низком уровне. Стоимость консультации у простого доктора в ЭНЦ 2500 рублей. Чем выше у доктора звание, тем выше цена за прием. А потом, если появляются осложнения, то лечение тоже стоит денег. Сколько средств у меня уходит на то, чтобы поддерживать организм в сносном состоянии, я подсчитать затрудняюсь. Но выбора у меня нет.

Читать еще:  Генпрокуратура: Почти в каждом регионе школы требуют деньги с родителей за обучение детей-инвалидов

В связи с политической обстановкой

Впрочем, впадают в панику далеко не все диабетики. В ноябре Нюра Шарикова, опубликовала в своем инстаграм-блоге @dia_status несколько постов на тему внедрения биоаналогов инсулинов, произведенных российскими компаниями.

«Российские инсулины производителей «Герофарм», «Медсинтез», «Фармстандарт» прошли успешные клинические испытания. Минздрав выдал на них регистрационные удостоверения, и они были внесены в государственный реестр лекарственных средств. Во многих регионах уже производится закупка российских инсулинов. Зачастую исключительно только их, без их зарубежных аналогов. ВАЖНО ЗНАТЬ! Российские инсулины соответствуют стандартам GMP. Это означает, что препарат надлежащего качества (соответствует требованиям стандарта), соответствует аналогам и его можно применять. GMP – это серьезный стандарт. Паниковать рано, да и бесполезно: от паники никому никогда лучше не становилось. Сначала следует во всем разобраться», – написала она.

– Российский инсулин все равно будет, бороться против его появления бесполезно, да и не нужно, – объясняет она свою позицию. – Им будут обеспечивать диабетиков. И это хорошо. Хорошо, что есть компания «Герофарм», которая занимается научными разработками и производством инсулинов. Все знают, какая у нас сейчас политическая ситуация. Не сегодня-завтра объявят очередные санкции, и могут – это вполне возможно – на вообще все зарубежные лекарства или же на какой-то компонент инсулина наложить запрет. И мы, диабетики, будем вынуждены или умирать, или переходить на быстро-быстро подготовленный, непроверенный препарат. Выбора у нас уже не будет. Поэтому я за то, чтобы отечественный инсулин был, чтобы в любой ситуации мы были обеспечены лекарством.

По мнению блогера, ситуация вокруг отечественных инсулинов нагнетается из-за того, что фармакологические компании отказываются публиковать результаты клинических испытаний. Сейчас Нюра и несколько её друзей добиваются встречи с представителями компании «Герофарм» и ответа на вопрос по проведенным клиническим испытаниям. Пока «Герофарм» ответа не дает.

Во многих регионах начались перебои с инсулином. Больным навязывают новый отечественный препарат

Фото: Донат Сорокин / ТАСС

Дефицит связан с отказом от импортных закупок. Основным поставщиком становится компания миллиардера Родионова

Искусственный дефицит

Как стало известно «Открытым медиа», внедрение российского инсулина идёт на фоне перебоев с обеспечением препаратами по всей стране. Об этом сообщают в группах больных диабетом в социальных сетях.

Во Владимирской области закупки местным министерством здравоохранения инсулина, согласно порталу госзакупок, были дважды сорваны в этом году, диабетикам предлагают не те препараты, которые были им прописаны, а те, что есть в наличии.

«Мне нужен препарат „Апидра“, а вместо него выписывают „Новорапид“, — рассказывает „Открытым медиа“ житель Мурома Юлий Чижов. — Когда я начал жаловаться в прокуратуру, мне всё-таки выдали нужный препарат, но сказали, что из-за меня его не получит какой-нибудь ребёнок, так как в области дефицит инсулина, а закупки срывались дважды».

Похожая история в Башкирии, Самарской области и даже в столице. «Перебои с препаратами постоянные, — возмущается москвичка Дина. — Нужный инсулин находится только после писем в прокуратуру. Жаловаться приходится регулярно».

Юрист, администратор паблика для диабетиков «Право на здоровье» Елизавета Теняева рассказывает, что дефицит стал нормой, и без жалоб в прокуратуру и обращений в суды проблему можно решить не всегда. «Согласно постановлению правительства от 1994 года, при диабете больные должны получать все необходимые препараты, включая инсулин и тест-полоски, — отмечает Теняева. — Таким образом государство гарантирует бесплатное лечение диабетикам. В противном случае это нарушение закона».

Как сообщал РБК, в этом году была сорвана четверть всех аукционов по госзакупкам инсулина. Причина — слишком низкая цена, которую выставляют заказчики (госучреждения), из-за чего на некоторые тендеры компании даже не заявлялись.

Плоды импортозамещения

Инсулинозависимые жители Карелии столкнулись с тем, что вместо проверенных и давно прописанных им препаратов по рецепту стали выдавать российский аналог «Ринсулин» производства компании «Герофарм». Как пояснили инициативной группе больных диабетом в Минздраве республики, переход на отечественный аналог проходит в рамках импортозамещения. Проблема в том, что переход с одного препарата на другой не всегда безболезнен, а если неправильно рассчитать дозу, могут наступить серьёзные осложнения и, по закону, замена препарата должна проходить под наблюдением врачей.

«Есть препарат, который был мне назначен, дозу рассчитывал врач, я годами его использовала, и у меня были хорошие результаты, — рассказывает диабетик Татьяна Михайлова. — Любой переход, тем более на аналог инсулина, может быть опасен, я боюсь получить осложнения».

Предлагают перейти на «Ринсулин» и детям, хотя родители категорически против. Они объясняют это тем, что испытания препарата проводились только на взрослых.

«В „Герофарме“ говорят о том, что самому молодому человеку, на котором проходили испытания, было 26 лет, — рассказывает мама ребенка с диабетом Ольга Охотникова. — По сути, они проводят испытания на наших детях, как на подопытных кроликах. Конечно, мы вынуждены покупать в аптеках те препараты, которые нам подходят, никто не будет рисковать здоровьем детей».

В ноябре этого года инициативная группа родителей инсулинозависимых детей рассчитывает организовать встречу с министром здравоохранения Карелии Михаилом Охлопковым. Родители намерены добиваться получения иностранных препаратов, к которым они привыкли. Однако постепенный переход на российский инсулин уже идёт по всей стране.

«Это будет катастрофа. Вы понимаете, что у каждого свой уровень чувствительности, не может один препарат подойти абсолютно всем только потому, что руководство страны проводит политику импортозамещения, — говорит врач-эндокринолог, просившая не называть ее имени. — Тем, у кого менее агрессивная форма диабета, препарат может подойти, но большинство пациентов ухудшит свои показатели по сахару и сможет получить осложнения».

Русский инсулин

Российский аналог инсулина производства компании «Герофарм», как сообщает компания на своём сайте, должен стать «блокбастером», то есть популярным и коммерчески успешным проектом. Это единственный аналог инсулина — гларгин длительного действия — который начали производить в России, до этого здесь был доступен только гларгин французской компании Sanofi.

Компания «Герофарм» зарегистрировала препарат в июле, а уже в августе, по данным базы «Контур-фокус», выиграла первые торги в Московской области на сумму почти в 50 млн руб.

Конкурс на закупку инсулина гларгина в Карелии ещё не завершён, только закончилась подача заявок, однако российский препарат выдают по рецепту уже в течение 2 недель, рассказали «Открытым Медиа» больные диабетом. Это может быть нарушением законодательства в сфере закупочной деятельности.

В отношении российских фармкомпаний действует политика государственного протекционизма. В декабре 2015-го было принято постановление правительства, которое в среде профессионалов называют приказом «о третьем лишнем »: суть его в том, что при участии в закупках двух российских компаний иностранные автоматически «отсеивают». Так было и с закупками гларгина: в каждом тендере в Подмосковье и ХМАО, как следует из данных портала закупок, заявлялись еще одна или две российские компании, которые, однако, не производят препарат самостоятельно. В результате иностранные предприятия автоматически вылетали из конкурса, а победу одерживал «Герофарм».

Компания преуспевает не только на российском рынке. «Герофарм» поставляет инсулин и стратегическим партнёрам России: ранее руководство компании заявило об экспорте препаратов в Казахстан, на Кубу и в Венесуэлу.

Рынок инсулинов

Общий объём российского рынка инсулинов оценивается в 20 млрд руб. По оценке аналитической компании Headway Company, по итогам 2017 года лидерами рынка были иностранные компании, а французская Sanofi получила уверенное первое место: на её долю приходится 39% поставок. Теперь её может серьёзно потеснить «Герофарм», единственная компания, которая смогла наладить производство альтернативного гларгина и пользующаяся господдержкой.

Производство «Ринсулина» стало возможным в том числе благодаря тому, что «Герофарм» стала участником специнвестконтракта (СПИК) — это инструмент поддержки бизнеса, который предполагает в том числе освобождение производителей от налогов на прибыль и имущество.

Власти не скрывают, что поддерживают «Герофарм»: на открытие завода по производству субстанций инсулина в Санкт-Петербурге приезжал президент Владимир Путин, а долю в производстве имеет российской фонд прямых инвестиций (РФПИ). Возглавляет РФПИ Кирилл Дмитриев, его супруга Наталья Попова была заместителем предполагаемой дочери президента Екатерины Тихоновой в фонде «Национальное интеллектуальное развитие».

Папа из « Газпрома »

Основным владельцем компании является миллиардер Пётр Родионов-младший, а его отец был известен как топ-менеджер « Газпрома » . Петр Иванович Родионов был министром топлива и энергетики РФ в 1996 году, затем был зампредом правления «Газпрома», СМИ называли его человеком Виктора Черномырдина, а его уход из отрасли связывали с ослаблением позиций старой газпромовской команды и её заменой на команду Алексея Миллера. В одном из своих интервью Родионов рассказывал , что продал все свои активы в нефтегазовом секторе и вложил их в фармацевтический бизнес, который и возглавил его сын.

Как заявлял Пётр Родионов-младший в интервью профильному СМИ, его компания готова демпинговать: «Когда мы выйдем на рынок, то будем готовы выигрывать торги за счёт снижения цен. Тут уже вопрос к нашим конкурентам, насколько они будут готовы снижать цены, чтобы противостоять нам. На каком рубеже сдадутся конкуренты, на таком заберем контракт».

Родионов уже осуществляет этот план: на первых же закупках «Герофарм» уронил заявленную цену на 24%, а себестоимость «Ринсулина» почти на четверть ниже аналогичного французского препарата.

По мнению собеседника «Открытых медиа» в Европейской ассоциации эндокринологов, российский препарат уступает по качеству иностранным аналогам, но у многих больных, получающих препарат бесплатно (в больницах и поликлиниках), не останется выбора: «Это чистая экономика: если главврач будет выбирать между зарплатным фондом и более дорогим препаратом, конечно, он выберет зарплатный фонд и возьмёт дешёвый инсулин. Когда речь идёт о централизованных закупках — тем более. Всем, кому препарат не подойдёт, покупать иностранный аналог придётся за свой счёт».

В Минздраве на запрос «Открытых медиа» к моменту публикации не ответили.

Врачи против

— Аналоги человеческих инсулинов — самые современные препараты для компенсации сахарного диабета — это биофармацевтики, то есть лекарственные средства, полученные при помощи биотехнологий, — объясняет главный эндокринолог Пушкинского района Московской области Лиана Григорян . — У многих западных инсулинов заканчивается патентная защита, а это значит, что производить инсулины по их формулам могут любые фармацевтические компании. Проблема в том, что биосимиляры не являются идентичной копией оригинальных препаратов. Повторить биофармацевтик один в один технологически невозможно. Патент заканчивается, но свои технологии компании не передают. В связи с чем очевидно, что сделать точную копию невозможно.

Именно поэтому менять оригинальный препарат на его биосимиляр, просто потому, что там «одно действующее вещество», нельзя, уверена московский врач.

В социальных сетях опубликовано интервью эндокринолога, академика РАН Марины Шестаковой , которая говорит, что, закупая инсулин по международному непатентованному наименованию (МНН), государство приобретает кота в мешке.

— В нашей стране девять фирм-производителей инсулинов, — говорит она. — Три — это так называемый топ: западные «Санофи», «Эли Лилли» и «Новонордиск». Они выпускают генно-инженерные аналоги человеческих инсулинов. Остальные компании — отечественные. Одна из компаний, выпускающих копии западных инсулинов, полностью прошла цикл исследований биосимилярности, то есть идентичности, инсулинам западным. В том числе исследования проводились и на базе нашего Эндокринологического научного центра в Москве. Мы подписали протокол об их соответствии западному стандарту. Смущает то, что они очень торопятся внедрять эти инсулины детям. Что недопустимо.

По словам Шестаковой, во всех западных странах испытание инсулинов у детей требует отдельных клинических исследований. Если же инсулины на детях не испытывают, то существует период выжидания — не менее трех лет, наблюдения, когда производитель смотрит, как работает его препарат у взрослых. И только потом предлагают его детям. С момента регистрации, например, «Ринлиза» не прошло еще и года.

— Другие фирмы вообще не проходили исследования на биосимилярность, — объясняет академик. — Аукционы же у нас играются по МНН. Выигрывает торги тот производитель, который больше упадет в цене.

Получается, государство для диабетиков покупает «кота в мешке». И раз в три месяца — как проходят закупки — препарат у заболевшего может меняться.

А человек, который лечился определенным препаратом, на котором он хорошо компенсирован, через три месяца почему-то вынужден поменять «свой» инсулин на какой-то другой. А тот, хоть и биосимиляр, и действующее вещество у них одинаковое, может содержать в себе другие консерванты, другие добавки, к которым надо заново адаптироваться. И так раз в три месяца. Поэтому мы выступаем за то, чтобы инсулины торговались по торговым наименованиям и чтобы смена инсулинов производилась только по медицинским показаниям.

Диабетики против фармацевтов. Почему в регионах обостряется борьба за инсулин

Больные диабетом жалуются на то, что к концу года им перестали давать импортный инсулин. По их словам, отечественный аналог может повысить уровень сахара в крови. Если еще 5-7 лет назад проблемы с инсулином казались нонсенсом, то последние два года таких сообщений появляется все больше. Как обстоит ситуация с жизненно важным препаратом и что делать пациентам, – выяснял «ФедералПресс».

Ужасный инсулин

В «ФедералПресс» обратилась жительница Самарской области от имени пациентов, страдающих диабетом. Ольга Петрова (имя изменено) рассказала, что в регионе к концу года ее инсулин не завезли. Вместо этого ей и другим диабетикам предлагают отечественный аналог. «Этот наш, он ужасный. Мои знакомые, кто его принимал, у них резко вырос уровень сахара в крови. Я звонила в Минздрав и зашла к заведующей нашей поликлиникой – бесполезно», – рассказала Ольга.

По ее словам, врачи предложили использовать отечественный инсулин, и только в том случае, если он не подойдет, и это засвидетельствуют медики, возвращаться к импортному. То есть к тому, к которому пациент уже привык. Ольга не стала рисковать своим здоровьем, написала письменный отказ и собирается ложиться в больницу. «Сложность в том, что мне надо работать все время, даже выяснять это некогда. И в больнице с такой работой особо не полежишь», – добавила Ольга.

Эту историю прокомментировала другая страдающая диабетом девушка, житель Москвы Елена Иванова (имя изменено). «Все годы, что я болею, ставлю только зарубежный инсулин. Конечно, если он закончится, ты вынужден будешь ставить хоть китайский – иначе умрешь. А вот хуже он или лучше – не проверяла. Потому что это чревато состоянием, когда надо в больничку и срочно, – рассказала Елена Иванова. – Сравнить именно побочные эффекты или вообще то, как отечественный инсулин ощущается, я не могу. Инсулин – это не такое лекарство, которое можно менять по-быстрому как таблетку от головы».

Елена Иванова, что случай с Ольгой больше похож на попытку создать панику. «У кого высокий уровень сахара в крови, дело может быть не только в инсулине. Зарубежный препарат не гарантирует хорошее здоровье. Я на зарубежном регулярно имею высокий сахар, если торт съела. Тут надо знать, какой у Ольги гликированный гемоглобин за последние 3-6-9 месяцев был на импортном инсулине», – поясняет Елена.

Читать еще:  Путин отправил Голикову и Кириенко в хоспис в Поречье

Поэтому, если пациент хочет хороший сахар, он, в первую очередь, следит за питанием. И, если диабетик ест фасоль и гречку вместо кока-колы с тортиком, то инсулина требуется малая дозировка, которую должен подобрать лечащий врач. Для этого нужно два-три дня вдумчивой работы. «Такая диета – основная часть терапии, – говорит Елена. – Вовсе не марка и производитель инсулина являются гарантией компенсации заболевания. Наш инсулин – это не приговор».

Тревожные звонки

В 2000-х Россию захлестнули сигналы по нехватке инсулина в регионах. В 2010 году ситуация успокоилась. Эксперты отмечают, что обострение проблемы произошло два года назад. Проблема с инсулином есть в разных регионах страны – в Крыму, Подмосковье, Саратову, Карелии, иногда проблемы возникают и в Москве. «Квинтэссенцией стало то, что осенью прошлого года наше региональное отделение в Краснодаре добывало пациентам инсулин вместе с двумя автоматчиками, которых пригласил Следственный комитет. Препарат в итоге получили», – рассказал президент Лиги защитников пациентов, эксперт Российской академии наук Александр Саверский.

По словам Саверского, проблема в том, что у врачей нет права на выписку препарата по торговому наименованию. По приказу Минздрава России врачи обязаны выписывать лекарства по международному непатентованному наименованию (МНН). Причины – в импортозамещении за счет недорогих отечественных препаратов и исключении возможности коррупционных сговоров между врачами и фармкомпаниями. «Что там будет закуплено по указанию ФАС по наименьшей цене, врач понятия не имеет. Создание выписки по МНН – это, по сути, борьба с правом медиков устраивать «аукционы» у себя в кабинетах. Но они просто лишили врачей этого права, но теперь оно перешло к провизору в аптеке, – отметил Александр Саверский. – Рекомендации по заменяемости дают теперь эксперты Минздрава. Предполагается, что они святые, и коррупции там нет».

Эксперт считает, что врачам надо вернуть право выписывать лекарства по торговым наименованиям. А решить проблему незаконных аукционов можно только с помощью правоохранительных органов. «Несколько прецедентных дел в следственном комитете – и врачи перестанут связываться с фармкомпаниями», – убежден эксперт.

Как отмечает Саверский, подходит инсулин пациенту или нет, должен контролировать врач. Но этого не происходит, так как в России «нет полноценного мониторинга нежелательных явлений». «Какой же врач начнет жаловаться на плохой результат лечения, зная, что система его же первого и обвинит. Поэтому о последствиях мы узнаем из жалоб пациентов», – объясняет Саверский.

С сожалением эксперт констатировал, что ошибки регулирования, отсутствие права врачей выписывать нужные препараты, «привели к тому, что систему лекарственного обеспечения надо перезагружать полностью». «Если инсулина не хватает, я рекомендую пациентам не уточнять, почему. Стандартные причины – нет денег, не закупили и еще штук 15 причин, почему препарата может не быть, по мнению власти, если ее об этом спросить. Решениями об импортозамещении и снижении цен рынок «поломан через хребет», совокупность факторов дает резонанс, когда деньги вроде есть, а пациенту препарат не нужен», – отметил Александр Саверский.

Война за фармрынок

Сложно спорить о том, какой препарат лучше, – все индивидуально. И, если человеку не подходит российский инсулин, бесполезно обвинять его в непатриотизме – речь идет о жизни.

Член комитета Госдумы по охране здоровья, врач Борис Менделевич считает, что в возникшей ситуации нельзя исключить и конкуренцию за рынок между фармкомпаниями. Причем глобальную, с задействованием информационных ресурсов. «У государства есть определенный бюджет. Он распределяется с точки зрения приоритетов. Когда в семье не хватает денег, она решает, что важней купить в первую очередь. Так же и государство поступает с бюджетом на здравоохранение, – рассказал Менделевич. – Я считаю лекарственное обеспечение больных, в том числе, диабетиков, первостепенной задачей».

По словам депутата, даже если учесть ряд сбоев с поставками инсулина, в целом больные «им обеспечены». «Но фармацевтический бизнес в мире большой. Фармкомпании конкурируют между собой и продвигают свою продукцию. Около десяти лет назад я был свидетелем того, как в одном из регионов две общественные организации больных диабетом разделились, и каждая выступала за конкретный инсулин одного производителя. Я не хочу никого обвинять, но понятно, что фармкомпании проводят такую работу за место на рынке», – сообщил депутат.

По словам Менделевича, тогда это были зарубежные производители, потому что отечественный инсулин еще не изготавливали. Но лет десять назад принято решение о развитии отечественного производства: российские препараты дешевле, и у государства появляется возможность обеспечить лекарством большее число людей и сэкономить бюджет. При этом была поставлена задача, чтобы отечественный инсулин не уступал зарубежным аналогам.

Более того, несколько лет назад в России приняты международные правила стандарта GMP (надлежащая производственная практика) производства лекарств. И, если фармпроизводство имеет лицензию по этому стандарту, «значит, мировое сообщество подтверждает, что препарат качественный». По мнению Бориса Менделевича, зачастую сравнение между отечественным и импортным просто психологическое. «В девяностые мы закупали окорочка Буша и ели искусственные продукты. Сейчас мы возвращаемся к тому, что местное лучше. То же самое касается препаратов», – отмечает парламентарий.

Менделевич полагает, что должно пройти время, пока люди поймут, что без разницы, где произведено лекарство – главное, чтобы оно было сделано по правильной технологии. Но и тут здравоохранение отличается от других сфер потребления. Представитель законодательной власти отмечает, что большую роль играет эффект плацебо. «Если пациент изначально настроен против какого-либо препарата, тот действительно может не подействовать или даже пойти во вред. Если мы говорим про продукты питания, то испорченные понимаем сразу. А в медицине от 20 до 40% по разным данным всего эффекта лечения является плацебо», – отметил Менделевич.

Выхода пока нет

В целом эксперты смотрят на ситуацию без оптимизма. Общественный деятель, директор реготделения Всероссийской гильдии защиты медицинских работников Роман Алехин отмечает: нельзя сказать, что российский препарат плохой. Но компоненты в западных препаратах действительно могут быть «чище в плане побочных эффектов». Особенно важно все эти моменты врач должен учитывать при переводе пациента с одного препарата (пролонгированного действия, например) на другой.

Выхода из этой ситуации пока нет, считает Алехин. Если только не случится трагедия, люди начнут гибнуть, и тогда придется экстренно принимать другие решения. Но лучше поискать две тысячи рублей в месяц на покупку импортного инсулина в аптеке, чем рисковать жизнью. «Можно попытаться доказать, что инсулин неправильно действует. Но кто это будет делать? Врачи государственных больниц побоятся. А частникам это не интересно, или им не поверят. Я не вижу, что в ближайшей перспективе этот вопрос как-то разрешится», – добавил эксперт.

Пациентам же Алехин советует или искать средства на покупку инсулина, или под надзором врача подбирать дозировку российского инсулина и потихоньку привыкать к нему.

Фото: ФедералПресс / Виктор Вытольский

Что происходит с инсулином в крае

«Где-то с середины июня по середину июля инсулин в аптеке мне выдавали на один шприц — то есть , ходить за ним приходилось каждый день. Раньше давали сразу на неделю. На мои расспросы провизор отвечала: «У нас перебои с поставками», — рассказывает барнаулец Михаил Н.

Когда перебои закончились , мужчина получил в аптеке не привычный препарат датского производства «НовоМикс 30 Пенфилл», а российский «Росинсулин М микс 3070». Оказалось , что новый инсулин не обладает таким же длительным действием , как датский. Мужчина пока терпит. А вот у другого льготника уже начались проблемы со здоровьем.

«Мне 70 лет , я уже давно употребляю этот препарат. Новый мне не подходит: не снижает сахар до нужного уровня , действует меньше по времени. У меня уже начались обострения сопутствующих заболеваний ( гипертония , ишемическая болезнь сердца). Разве можно вот так брать и без всяких анализов менять препарат?», — возмущается барнаулец Владимир Ф.

В краевом министерстве здравоохранения заявили altapress.ru , что перебоев с поставками инсулина в регионе с середины июня по середину июля не было.

По данным краевого минздрава , инсулин «НовоМикс 30 Пенфилл» имеется на остатках в крае в достаточном количестве ( 542 упаковки). До 1 августа планируют доставить еще 550 упаковок этого препарата.

Перевод c импортных инсулинов на отечественные аналоги

Владислав (мама Наталья)

Человек с Диабетом

владимир сентялов 18 Apr, 2013

в случае гормонов говорят о заменах лишь на гормоны той же терапевтической эффективности, есть термин для них — биосимиляры.

Сходный для НОВОРАПИДа — по профилю действия м.б. ХУМАЛОГ.
В России ни тот ни другой не производится.

Кроме того отличия есть в виде субстанции, виде консерванта.

Если вы были довольны НОВОРАПИДОМ
не соглашайтесь на замену
от добра добра не ищут.
И если это не Хумалог — категорически не соглашайтесь
посмотрите интервью Суворова А.В. на этом сайте

или прочитайте:
«АиФ»: — Александр Юрьевич, в 2013 г. заканчивается срок действия патентов на аналоги инсулинов (самых современных и эффективных лекарств, применяемых при диабете). Ожидается, что на рынок хлынут дешёвые индийские и китайские препараты. К чему это приведёт?
А.М.: — Для фармкомпаний производство инсулина и его аналогов (они везде оплачиваются за счёт страховых компаний) — лакомый кусок. Поэтому часто компании предпочитают входить на рынок не цивилизованным путём, проводя независимые исследования, доказывающие качество препарата, а «административным», предлагая более низкую цену. Для наших чиновников от здравоохранения решающую роль при выборе препарата играет не качество жизни, а цена. В результате больных могут перевести на новые, менее эффективные препараты.

«АиФ»: — Но, возможно, экономия о¬правданна?
А.М.: — Люди с диабетом принимают лекарства пожизненно. Их состояние напрямую зависит от качества препарата, которое определяется не только соответствием химической формуле, но даже металлом резервуара, в котором находятся бактерии, вырабатывающие инсулин. Во всём мире, чтобы доказать эффективность нового лекарства, производитель должен заново провести все этапы клинических испытаний. В России достаточно трёхмесячного тестирования препарата на больных диабетом, после которого происходит регистрация. Если за это время пациенту не стало хуже, препарат считается соответствующим норме. Далее качество не отслеживается.

«АиФ»: — Сможет ли врач выписать пациенту не дешёвый индийский препарат, а дорогой европейский?
А.М.: — Теоретически сможет, но для этого понадобится серьёзное обоснование. А кто будет собирать эти доказательства?

Людмила Зиновьева 18 Apr, 2013

Переход на аналоги опасен тем более на наши. У меня была такая печальная возможность опробовать биоинсуллин на себе. Результат кома от высоких сахаров.

Елена Антонец 18 Apr, 2013

Товарищи, давайте разберемся, а то у вас тут путаница получилась.
Слово «аналог» обозначает схожий по каким-либо признакам. Так вот, относительно инсулинов, АНАЛОГИ — это человеческие инсулины, у которых изменили строение молекулы. К ним относятся:
1. Инсулины ультракороткого действия, отличаются более быстрым началом и меньшей продолжительностью действия. Это:
ХУМАЛОГ- в молекуле человеческого инулина поменяли местами аминокислоты в положениях 28 и 29 В-цепи инсулина.
НОВОРАПИД в молекуле человеческого инсулина аминокислота пролин в положении В28 замещена на аспарагиновую кислоту.
АПИДРА — молекуле ч.и. заменена аминокислота аспарагин в положении В3 на лизин, а лизин заменен на глутаминовую кислоту в положении В29, что обусловливает более быстрое всасывание препарата.

Назначение и эффективность одного ультракороткого инсулина вовсе не означает, что также эффективен будет другой инсулин аналог. Назначение ультракоротких инсулин позволяет либерализовать питание и упрощает режим диабетика и предполагает гибкую инсулинотерапию.

Инсулины короткого действия применяются в традиционной инсулинотерапии, при которой всегда соблюдается время приема пищи и на пике активности короткого или фонового инсулина необходимо делать обязательные перекусы, чтобы избежать возможной гипогликемии.

2. Инсулины длительного действия (безпиковые аналоги). Это:
ЛАНТУС
ЛЕВЕМИР

Биосулин — человеческий инсулин короткого действия, отечественного производства. К аналогам человеческих инсулинов не имеет никакого отношения.

Перевод на отечественные инсулины

Перевод на отечественные инсулины

iminiashina » 05 янв 2010, 18:53

Re: Перевод на отечественные инсулины

бабушка Валя » 06 янв 2010, 18:40

Re: Перевод на отечественные инсулины

АНГЕЛ » 06 янв 2010, 19:29

Уважаемая iminiashina !
Посмотрела Ваш профиль (вернее, Вашей дочки).
У Вас (вернее, у неё) — стаж диабета около 7 лет, это немало, и Вы, разумеется, знаете, что:
-аналоговые инсулины (как у Вашей дочки) и генно-инженерные человеческие инсулины — как продлённые, так и «короткие» — совсем разные по своему профилю действия;
-Россия не выпускает и не будет в ближайшее время производить никакие аналоговые инсулины;
— аналоговые и были созданы для того, чтобы обеспечить максимальную физиологичность, удобство и контроль СК в «здоровых» рамках больным с СД;
— перевод 16-летнего ребёнка с аналоговых на генно-инженерные человеческие, вне всякого сомнения, повлечёт за собой изменение режима питания, снизит мобильность, будет необходим новый подбор доз — всех, заново, и » с чистого листа», ухудшит компенсацию
— пусть даже на первых порах.
Врачи, которые предлагают Вам это, должны чётко обосновать своё решение. Понимать, что и почему они делают, и нести за это решение ответственность.
Собственно, за это им государство и платит зарплату.
Если мне будет предложен такой «переход», я буду добиваться чёткой аргументации подобных действий, причём в письменном виде. Поскольку нигде не зафиксированные досужие рассуждения и отговорки невозможно потом предъявить минздраву, росздравнадзору, прокуратуре (список надзорных органов, отвечающих, в том числе и за это, — само собой, гораздо длиннее ).
P.S.Пока о массовом переводе диабетиков на отечественные инсулины я не слышала. Заглядывала в уже проведённые тендеры на 1 полугодие — по нашей области примерно всё в тех же пропорциях, что и в прошлом году.Конечно, если будет что сообщить на эту тему — обязательно сообщу.

P.P.S.Замер СК «один раз в сутки» — не имеет смысла, ИМХО. Из него невозможно извлечь никакой верной информации — это из собственного печального опыта.

Удачи Вам в борьбе!

Re: Перевод на отечественные инсулины

Еще мама » 07 янв 2010, 11:59

Много чего знаю.

Вот тут, например, можно прочитать (включая также комменты):

Не знаю его качества. Могу предполагать, методом аналогий и экстраполяций. Предполагаю, что если в нашей стране все-таки исчезнут импортные инсулины — придется «ребенка эмигрировать».

Я работала на практике на фармзаводах, да и позже общалась. Скажу только, что как работники колбасных цехов не едят колбасу, а дочь моей подруги, поработав на УПК на кондитерской фабрике, вот уж 10 лет убегает из-за стола при виде пирожного «картошка» — так и я «убегаю из-за стола» при разговорах об отечественном инсулине.

Читать еще:  Патриарх Кирилл призвал священников продолжать богослужения без прихожан

Но основная беда-то даже не в качестве! Этот инсулин ПРОСТО НИКОМУ НЕ НУЖЕН!

Сегодняшние схемы компенсации СД1 предполагают комбинацию пролонгированного инсулина (лантус, левемир) и ультракороткого (новорапид, апидра, хумалог).
Отечественный инсулин, как я поняла — ни то и ни это. Ринсулин имеет декларуемую продолжительность действия 6-8 часов «с горкой». Биосулин Р, хотяи «ретард», имеет (по паспорту) 12 часов «с горкой», а биосулин Н считается коротким, но имеет те же 6-8 часов.

Скомпенсироваться на этой комбинации — высший пилотаж, доступный разве ветеранам диабета вроде Connie. Но до такого искусства надо еще дожить.
Я лично пока не поняла, как можно колоть 2 раза 12-часовой инсулин с горкой. Это же две гипы «на горе» и две гипер «в промежутке»!
Чтоб эти «американские горки» пригладить, имхо, дозу надо делить на 4 части. А это, между прочим, фон!

«Это теперь ваш инсулин, другого не будет». В Псковской области диабетиков лишили привычных препаратов

В ноябре 2019 года в псковских аптеках, которые выдают льготные лекарства диабетикам, исчез инсулиновый препарат «Лантус СолоСтар». Вместо него фармацевты стали предлагать аналог с тем же действующим веществом — «Туджео СолоСтар». Детям-диабетикам перестали выписывать проверенный «Хумалог» и дают отечественный «РенЛиз». От новых препаратов сахар у некоторых больных стал бесконтрольно подниматься и снижаться, появились сыпь и расстройства ЖКТ. Чиновники советуют пациентам через врачебную комиссию оформлять извещение о непереносимости, но в регионе даже записи к эндокринологу иногда приходится ждать по четыре месяца. Диабетики опасаются гипогликемической комы на фоне нового инсулина, а родители недоумевают, почему из-за экономии и закона об импортозамещении их вынуждают рисковать жизнью детей.

«Лантус закончился — не знаю, как жить»

— У меня закончилась ручка с «Лантусом», больше нечего колоть, я не знаю, что делать и как жить. Три раза звонила на горячую линию (мне номер ее дают в аптеке), там автоответчик. Туда звонить как в никуда. Понимаете, обращаешься, оставляешь, заявку, просишь помощи, в ответ — вообще ничего, тишина. У меня сахар сейчас — 16,8 — 18. Прыгнул резко. Это еще с учетом того, что я эти дополнительные таблетки жру, от которых болят и желудок, и печень воспалилась. Я же живой человек, сахар высокий, но кушать-то хочется! — чуть не плакала в разговоре с корреспондентом «МБХ медиа» в середине декабря 54-летняя Светлана Денисенко из Печор.

Полтора года назад врачи эндокринологического отделения Псковской областной клинической больницы подобрали ей препарат для ежедневных инъекций — раствор для подкожного введения в шприц-ручках Лантус СолоСтар — и оформили льготный рецепт.

Светлана Геннадьевна рассказывает, что с лекарством периодически случались перебои: в районной аптеке не всегда могли выдать препарат вовремя — его просто не было на складе. Поэтому в конце ноября 2019 она получила у врача рецепт и сразу пошла за препаратом. Но в аптеке вместо привычного «Лантуса» ей предложили «Туджео СолоСтар».

У препаратов один и тот же производитель — ЗАО «Санофи-Авентис Восток». Предприятие расположено в Орловской области, контрольный пакет акций принадлежит французской компании «Sanofi». Но вот действие и побочные эффекты у «Туджео» и «Лантуса» могут быть совсем разными.

— «Туджео» мне просто-напросто не подходит, у меня на него аллергия, непереносимость: сыпь сразу появляется по телу и страшное расстройство желудочно-кишечное. При выписке мне врач написала и подчеркнула прямо: Туджео не подходит, только Лантус, другой категорически нельзя! — объясняет Светлана Денисенко. После звонков во всевозможные инстанции ей пообещали привезти только одну упаковку нужного препарата, но пояснили, что второго такого раза не будет: «Лантус» исчез со всех аптечных складов в регионе.

— У меня от «Туджео» сахара скачут туда-сюда, вообще непонятно, что и сколько колоть, как он там себя поведет. «Лантуса» я колол 15 единиц и ни одного сбоя не было, все четко и предсказуемо. Тут колешь 15 — непонятно, что происходит, потому что сахар высокий, колешь даже 20 — бац, и 30 сахар выскакивает. Потом раз — вообще два. Вообще, непонятно, как себя ведет препарат! Понимаете, инсулин нужно индивидуально подбирать, а не выдавать наобум, — говорит пскович Александр Михайлов, который живет с диабетом и инвалидностью по этому заболеванию уже 20 лет. В конце октября его также поставили перед фактом, что «Лантуса» больше нет и вместо него вручили «Туджео».

Фото: Людмила Савицкая / МБХ медиа

Короткая дорога на тот свет

Александр Токарев живет с диабетом уже 23 года объясняет, что переход с одного инсулина на другой — это целое событие, сильный стресс и большая опасность для пациента, потому что предсказать реакцию организма на новый препарат невозможно. По словам Токарева, псковские врачи и фармацевты пытаются убедить больных, что ничего страшного не происходит и инсулины взаимозаменяемые, но нигде не упоминают, что замена должна проходить в стационаре под контролем врачей и с регулярными замерами сахара.

— Бесконтрольный переход может обернуться повышением сахара, если тот будет держаться на высоком уровне длительное время, у больного может развиться ацидоз (смещение кислотно-щелочного баланса организма в сторону увеличения кислотности — «МБХ медиа»). Если вовремя не лечить его, человек впадает в кому и умирает — и это еще самый длинный путь к могиле, — рассказывает Александр. — Короткий — если инсулин (в той же дозировке, что и была раньше) начинает действовать более активно: он будет снижать сахар, а низкий сахар — это самая короткая дорога к отправлению на тот свет. Три-пять-десять минут и, если ничего не поесть сладкого, то все — потеря сознания, отмирание головного мозга — и либо овощ, либо смерть.

29-летняя Анастасия Сергеева заболела диабетом первого типа еще в детстве и сразу получила инвалидность. Ее на «Туджео» перевели раньше, чем остальных, — в 2017 году, а в 2019 году у нее случился ишемический инсульт.

— Не знаю, могу ли я связывать два этих события, но уж больно они близки по времени. В мае 2019 года со мной случилась беда: в 28 лет у меня произошел ишемический инсульт, который повлиял на всю мою жизнь, из работающего человека я стала… Три месяца я была полностью обездвижена, до сих пор подвижность не вернулась в одну руку и хожу я с трудом… — признается Анастасия и говорит, что переход с «Лантуса» на «Туджео» дался ей очень тяжело. — Уровень глюкозы то поднимался до 30 ммоль, то рушился до состояния гипы (гипогликемии — «МБХ медиа»). Нас никто не спрашивал, хотим мы переходить на другой инсулин, никто не смотрел на компенсацию диабета, выбора у нас не было… А на «Лантусе» была более 15 лет, — вспоминает девушка.

Фото: Людмила Савицкая / МБХ медиа

Оформляйте извещение

Источник, близкий к региональному комитету здравоохранения Псковской области, в беседе с корреспондентом «МБХ медиа» пояснил, что «Лантус» в городе и районах больше не появится.

— Его больше не будет, о нем все забыли — всё. Но никто ни в чем не виноват, лекарство-то одно и тоже. Вышел новый препарат с другим торговым названием, но с действующим веществом таким же, — сказал чиновник и назвал субъективными побочные действия, о которых говорят псковичи. — Такого быть не может.

На официальном сайте губернатора Псковской области глава комитета по здравоохранению Марина Гаращенко в ответ на жалобы пациентов посоветовала, если появляются нежелательные побочные эффекты, оформлять специальное извещение.

— При наличии у вас индивидуальной непереносимости какого-либо лекарственного препарата оформляется «Извещение о нежелательной реакции лекарственного средства или отсутствии ожидаемого терапевтического эффекта». Для этого необходимо обратиться к врачу — эндокринологу, — написала Марина Валерьевна. Устно комментировать корреспонденту «МБХ медиа» ситуацию с исчезновением «Лантуса» в комитете по здравоохранению отказались и сообщили, что работают с прессой исключительно по запросам.

Руководитель Росздравнадзора по Псковской области Владимир Лежнин в беседе с корреспондентом «МБХ медиа» сказал, что не видит больших нарушений в ситуации с обеспечением.

— Я тоже всегда за то, чтобы у каждого пациента своя переносимость и непереносимость препаратов, их подбирает эндокринолог. Должны быть оформлены необходимые документы через решение врачебной комиссии. Если все оформлено верно, для конкретного больного препараты будут закупаться, — заверил Владимир Петрович.

Псковские диабетики недоумевают, отчего в таком случае раньше было достаточно обычного рецепта, и предполагают, что дело в цене — упаковка «Лантуса» стоит около 3 тысяч 300 рублей, «Туджео» обходится в 3 тысячи 100 рублей. При массовых закупках, которые организует комитет по здравоохранению (иногда закупается до 15 000 упаковок — «МБХ медиа»), разница становится более существенной. В декабре 2019 года псковские чиновники от здравоохранения снова заказали на 61 822 716 рублей препарат по международному непатентованному названию — «Инсулин гларгин». Аукционы на момент подготовки материала не состоялись, но диабетики уверены, что закупят снова «Туджео».

Предложение пройти врачебную комиссию больные воспринимают с нервным смешком. Александр Михайлов записывался на прием к эндокринологу (это профильный для диабетиков специалист — «МБХ медиа») в псковской поликлинике в начале июня, а попал только в октябре — врач, по его словам, была на учебе, в отпуске и так далее.

«Российским доверия нет»

У детей-диабетиков ситуация еще хуже: на всю Псковскую область приходится только один детский эндокринолог. А проходить комиссию теперь придется и им: маленьких пациентов переводят с американского препарата «Хумалог» (действующее вещество «Инсулин Лизпро» — «МБХ медиа») на отечественный «РинЛиз».

— В аптеке сказали: «Это теперь ваш инсулин, берите, другого не будет», — рассказывает Елизавета Дроздова, ее шестилетняя дочка уже три года болеет диабетом. — Но это опасно! Мы можем уколоть, а утром просто не дойти до школы! У меня ребенок маленький, вот она сейчас сидит, и у нее сахар 16! Она всегда была на «Хумалоге», я знаю, как этот препарат себя ведет, как снижает сахар. А «РинЛиз» на детях не исследовался вообще, наши опытными кроликами теперь будут? Мне страшно колоть дочке что-то другое — у нас реанимация только в 30 километрах! (Елизавета живет в Новосокольниках — это город в Псковской области). А если он резко снизит сахар — это кома, вплоть до летального исхода! А раз его не исследовали на детях, вдруг через 10 лет выяснится, что из-за него отказывают почки?

На горячей линии ей объяснили, что «Хумалог» поменяли из-за нового законодательства, в рамках программы импортозамещения. В декабре 2015 года правительство РФ «в рамках антикризисного плана» (как указано в пояснительной записке — прим. «МБХ медиа») опубликовало постановление № 1289 . « Заказчик должен отклонять все заявки, содержащие предложения о поставке лекарственных препаратов, происходящих из иностранных государств (за исключением государств — членов Евразийского экономического союза), при условии, что на участие в определении поставщика подано не менее двух заявок , страной происхождения которых являются государства — члены Евразийского экономического союза. Направлено на развитие отечественного производства лекарственных препаратов», — написано в документе.

Псковичка Ирина Баранова (данные изменены по просьбе собеседницы, которая опасается проблем после публикации — «МБХ медиа») признается, что в российские лекарства и медицинские изделия не верит, потому что сама убеждалась в их неэффективности.

— Российскому доверия нет, почему-то нет. Я решила, что буду точно покупать лекарства сама (вместо того, чтобы получать льготные — «МБХ медиа»)! — говорит Ирина. Она называет государственные тендеры мифическими и предполагает, что «на них отмывают деньги». — Для чего больным такие палки в колеса ставят, не понимаю! Дайте нам то, что положено! Беда полная!

— Мы уже закупились на четыре месяца вперед, но проблема в том, что он и из аптек пропадает, — переживает Елизавета Дроздова.

«Не надо валить на дженерики!»

— По закону они правы, от этого нам никуда не уйти, пока не будет изменено законодательство, пока не будет прописан в закупках инсулин определенной торговой марки, ничего не изменится. Для нас это беда большая, любые торговые наименования имеют свои нюансы. Да, там одинаковое активное вещество, но какая очистка, какими были субстанции, сколько они хранились до того, как попасть в инсулин — от всего этого зависит воздействие на организм больного. Почему родители должны пробовать новый инсулин и ждать негативных последствий? — спрашивает руководитель автономной некоммерческой организации «Общество поддержки детей и взрослых с эндокринными заболеваниями, в том числе инвалидов» (АНО «ЭндоЖизнь») Елена Перминова.

— По закону чиновники имеют право закупать аналоги. Но в медицине применение законов о взаимозаменяемости лекарств может привести подчас к дурным последствиям. Поэтому я как врач не могу сказать, что это хороший закон. Для примера: бензин бывает 92-й, 95-й, 98-й и даже 100-й. Это всё бензин. Но станете ли вы заправлять машину, которая ездит на 98-м, 92-м? Вряд ли, если хотите, чтобы она вам послужила. В медицине всё гораздо сложнее, чем в автомобилях. Но по логике чиновников проблем нет, — поделился с «МБХ медиа» директор фонда «Здоровье», член президиума Общества врачей России Эдуард Гаврилов.

Депутат регионального парламента, врач «Скорой» Артур Гайдук призывает перестать «валить все на дженерики», говорит, что их употребляли все и всегда и приводит в пример аспирин: и российский, и американский, и многие другие — дженерики, оригинал есть только у фирмы «Bayer».

— Инсулины все разные! Конечно, человеку проще, когда у него один постоянный инсулин. Инсулин другого производителя будет действовать немножко по-разному. Это не значит, что он плохой, он просто другой. Не надо все валить на несчастных дженериков, — возмущается депутат. — В них нет ничего плохого, если он сделан качественно, то это абсолютно нормальный препарат. Проблемы начинаются, когда инсулин, например, некачественный.

Гайдук рассказывает, что в «скорую» люди обращались, когда у них заканчивался инсулин и они переставали его колоть. Главный симптом — высокий сахар (гипергликемия) вплоть до обменных нарушений и комы. Гипогликемия, по словам депутата, может произойти из-за неправильно рассчитанной дозы.

— Но доктор не может нормально подобрать этим пациентам инсулин, потому что больной сначала четыре или пять месяцев ждал возможности попасть на прием, а потом будет столько же ждать следующей консультации, на которой можно будет скорректировать дозу. Это просто тупой дефицит врачей, страшный катастрофический дефицит врачей! — объясняет Гайдук.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector