0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Монахи, священники и миряне о монашестве и священстве

Монахи, священники и миряне о монашестве и священстве

Рассказывает иерей Дионисий Куваев, настоятель Богоявленского храма города Козельска:

Меня часто просят рассказать о моем духовном отце — старце Илии (Ноздрине). Знаете, я думаю, что самое важное не в прозорливости старца, не в том, что по его молитве происходят исцеления, какие-то чудотворения. Самое важное, самое главное чудо — это то, что в нашей жизни бывают люди, которые настолько любят Бога, настолько доверяют Богу, что через них Господь открывает Самого Себя остальным и действует, в том числе исцеляя и указывая дальнейший путь.

Потому что не каждый, в силу своей греховности, может понимать Божий Промысл, и вообще помнить о Нем постоянно.

Батюшка ничего особенного не говорит людям. Если вы ждете ораторского искусства — вы обращаетесь не по адресу. Сила старца не в словах. Его сила в молитве. На первый взгляд он вроде бы ничего особенного не говорит. Скажет например:

— Ничего, ничего, ты только молись.

Ведь все делает Господь. А Господь все может — Он Всемогущий.

В самом начале моего священнического служения, на Светлой седмице, шла уже пятая служба кряду. В один из дней, когда служба не планировалась и можно было чуть расслабиться и передохнуть, мне позвонили: к нам приезжает отец Илия. И вот я бегу уже ночью в храм, чтобы истопить печь, сделать уборку, подготовить все к торжественной службе. Я и так всегда стараюсь поддерживать порядок, но, сами знаете, когда мы ждем дорогих гостей — подготовка особая.

И вот на следующий день начинается служба, а я правило к причастию не прочитал. Батюшка после проповеди заходит в алтарь, смотрит на меня, а потом говорит:

— Что бы ни было, а самое важное приготовление к службе — это помолиться. Правило никогда нельзя пропускать!

И эти его прозорливые слова произвели на меня сильное впечатление — такое, что я в будущем никогда больше не дерзал служить, не подготовившись. Ладно, если что-то из хозяйственных забот не будет сделано, главное — помолиться.

Прозорливость — не фокус, чтобы удивить. Это то, что помогает спасению.

Я иногда слышу, как люди просят старца:

— Батюшка, а расскажите мне что-нибудь обо мне самом!

Но старец никогда не будет говорить о человеке, чтобы просто показать, что он это о нем знает. То, что батюшка скажет, всегда душеполезно и назидательно.

Из книги «Монахи, священники и миряне
о монашестве и священстве»

Ольга Леонидовна Рожнёва родилась на Урале в Нижнем Тагиле, долгое время жила в Пермском крае, окончила романо-германский филологический факультет Пермского государственного университета.

В юности много путешествовала, сплавлялась по главным рекам Урала: Чусовая, Койва, Сылва, Вильва и другие. Студенткой лето провела в геологической партии в тайге на Северном Урале, свои ощущения и эмоции фиксировала, и позже они оформились в книгу «Из дневника студентки».

Ольга Леонидовна более 20 лет проработала преподавателем английского языка, а также заместителем директора по учебной работе в промышленно-экономическом колледже Перми. Сама она говорит, что языки любила с детства, успешно побеждала на всех олимпиадах и в будущем видела себя переводчиком художественной литературы с английского.

Но вышло так, что муж её погиб, а вскоре выросли дети, создали свои семьи — так Ольга Рожнёва оказалась на послушании в Оптиной Пустыни. Приехала погостить и осталась. А вскоре начали появляться и ее рассказы о жизни там. Первый рассказ «Злая Даниловна» был написан на ступеньках монастырской кельи поздним вечером после тяжелого трудового дня. За ним последовали другие рассказы, а через три года вышли в свет первые книги автора. Сборники «Оптинские дневники», «Непридуманные истории», «Родственные души», «Лекарство для души» приобрели широкую известность среди читателей всех возрастов. В основе их лежат реальные истории, те встречи с людьми, которые оставили в душе автора неизгладимое впечатление.

В рассказах Ольги Рожневой чувствуется ее любовь к людям, она переживает чужое горе как собственное, всегда относится с пониманием к человеку, его скорбям и немощам. И самое главное — ее произведения несут добро, они о том, что Бог всегда рядом, всегда поможет, никогда человек не останется один в этом мире со своими проблемами, болезнями, невзгодами и неудачами.

Через обстоятельства жизни Господь разговаривает с нашей душой. Рассказы Ольги Рожневой

— Стою я как-то на службе, и приходит мне в голову такая мысль о моей духовной матери: дескать, хочется мне от матушки побольше вни­мания. И знаю я, что помысл мой пристрастный, и нужно его срочно прогонять. У духовных чад часто такие помыслы по отношению к духовным наставникам бывают.

В этот момент звонит мне моя духовная мать, игуменья Николая, сообщает какую-то информа­цию, а потом неожиданно говорит:

— Пойди почитай книгу греческого архимандрита Эмилиана (Вафидиса) «Благодатный путь: толкование на житие преподобного Нила Калабрийского», вторая глава, начало.

Я иду, беру книгу, читаю, и вижу в этой кни­ге ответ на свой помысл. Там говорится: если че­ловек хочет, чтобы духовный наставник выделял его среди духовных чад и любил больше других, — такие желания становятся бедой для Церкви.

Это только один пример, но случаев таких было много.

И еще я заметила: стоит мне только принять какой-нибудь неправильный помысл против ду­ховной матери, как точно так же начинают вести себя мои сестры. Этот бумеранг всегда работает безотказно.

Через обстоятельства жизни Господь разгова­ривает с нашей душой.

Мысль и помысл — это очень важно. Мы не понимаем иногда, почему с нами происходят те или иные события, потому что не следим за сво­ими мыслями, а через эти обстоятельства жиз­ни Господь разговаривает с нашей душой, ведет с ней диалог.

Когда кто-то из сестер спотыкается, обжига­ется, падает, я всегда спрашиваю: о чем вы дума­ли в этот момент? Ведь этот момент очевидный, болевой. И сестры это уже знают и понимают, что чаще всего такое обстоятельство было преду­преждением Господа о неправильности наших мыслей.

Если мы будем внимательно относиться к мыс­лям, если будем проверять каждую мысль, как учат святые отцы: «Наш ли ты или от супостат на­ших?» Если мы будем стараться твердо держаться мыслей Божиих, а мысли не от Бога отвергать, то большая часть наших жизненных проблем уйдет сама собой. Об этом же пишет Паисий Святого­рец, он называет это духовное делание «фабри­кой добрых помыслов».

Проблемы уйдут, поскольку, когда очищаются наши мысли, постепенно очищается наше серд­це, а в чистое сердце вселяется Господь. Когда человек старается следить за своими мыслями и твердо стоять против плохих помыслов, Господь помогает ему с ними бороться.

Игуменья калужского Казанского девичьего монастыря Анастасии (Мордмиллович)

Рассказ из книги Ольги Рожневой «Монахи, священники и миряне о монашестве и священстве»

Страницы издательства «Вольный Странник» с социальных сетях:

19 марта 2021 г. 01:48

Много положительных отзывов слышала об Ольге Рожнёвой, но лично для меня эта книга оказалась скучной. Обычные рассказы, самые простые воспоминания. Герои не остаются в памяти.

Читать еще:  «Монашество на Украине решительно настроено хранить единство со своей матерью – Русской Православной Церковью»

О СВЯЩЕНСТВЕ — БЕЗ ПРИКРАС
Самое главное чудо — 7
Когда смиряешься, приходит Господь и всё делает Сам за тебя — 25
Пути Господни и дороги человеческие, или Три истории одного сельского батюшки — 49
Как победить страх, найти духовника и еще несколько удивительных историй — 61
Как обновляются иконы и сбываются пророчества — 89
Матушкины истории, или Лекарство от уныния — 109

О МОНАШЕСТВЕ — БЕЗ ПРИКРАС
Через обстоятельства жизни Господь разговаривает с нашей душой — 127
Иринка — покровительница котят — 151
Истории Казанского девичьего монастыря — 163
Современный патерик — 181
Как я пришла к Богу — 213
О монашестве — без прикрас — 243
Древний патерик и наши дни — 267
Как идти по жизни царским путем — 283
Если захочешь служить Господу — Он Сам тебя определит — 301
Как оказаться в преображенном мире? — 319
А вы когда-нибудь мечтали поехать в Африку? — 343
Самый красивый из монастырей старца Ефрема Аризонского — 361
Под покровом святителя Иоанна Шанхайского, или Приключения Вени в Шанхае, джунглях и океане — 379
Под покровом святителя Иоанна Шанхайского, или Прислужник преподобного — 413
Под покровом святителя Иоанна Шанхайского, или «Я знаю силу молитвы владыки Иоанна» — 427
Под покровом святителя Иоанна Шанхайского, или «Не сказом, а показом» — 443

Год издания: 2020

Допущено к распространению Издательским советом Русской Православной Церкви.
Издательство: Вольный Странник, Свято-Успенский Псково-Печерский монастырь
Возрастное ограничение:18+
Год издания:2020
Тираж:5000
Страниц:464
Тип бумаги:Офсетная
Переплет:Твердый
Вес:536 г
Книг в пачке:12
ISBN:978-5-00178-017-5
Гриф ИС:Р20-017-3249
Размер: 14 см × 21,5 см × 2,5 см

Ольга Рожнева: Монахи, священники и миряне о монашестве и священстве

Прочитав эту книгу, вы побываете в благодатной Оптиной пустыни и в древнем киевском Зверинецком монастыре, в тихих калужских обителях и в прекрасном монастыре Ефрема Аризонского «Живоносный Источник», в живописных предгорьях Сьерра-Невады, в гостях у святителя Нектария Эгинского на маленьком греческом острове Эгина, у святителя Иоанна Шанхайского на Тубабао и в Сан-Франциско, у митрополита Лавра и архиепископа Аверкия (Таушева) в знаменитом Джорданвилле и в уникальном Ново-Дивеево.
Увидите их духовную красоту, почувствуете намоленность этих мест и познакомитесь с настоящими подвижниками православия — монахами и священниками, а также теми мирянами, которым посчастливилось быть свидетелями их жизни во славу Господа.
Путешествуя по святым местам с автором, Вы найдете ответы на важные вопросы:
— Какие знания оптинский старец Илий считает самыми главными для человека?
— Откуда берет начало прозорливость старцев?
— Как найти духовника?
— Какая сила у родительского.

Прочитав эту книгу, вы побываете в благодатной Оптиной пустыни и в древнем киевском Зверинецком монастыре, в тихих калужских обителях и в прекрасном монастыре Ефрема Аризонского «Живоносный Источник», в живописных предгорьях Сьерра-Невады, в гостях у святителя Нектария Эгинского на маленьком греческом острове Эгина, у святителя Иоанна Шанхайского на Тубабао и в Сан-Франциско, у митрополита Лавра и архиепископа Аверкия (Таушева) в знаменитом Джорданвилле и в уникальном Ново-Дивеево.
Увидите их духовную красоту, почувствуете намоленность этих мест и познакомитесь с настоящими подвижниками православия — монахами и священниками, а также теми мирянами, которым посчастливилось быть свидетелями их жизни во славу Господа.
Путешествуя по святым местам с автором, Вы найдете ответы на важные вопросы:
— Какие знания оптинский старец Илий считает самыми главными для человека?
— Откуда берет начало прозорливость старцев?
— Как найти духовника?
— Какая сила у родительского благословения?
— Как обновляются иконы и сбываются пророчества?
— Где искать лекарство от уныния?
— Как перестать роптать на бытовые трудности?
— Как узнать свой путь в жизни и понять, подходит ли тебе монашеский путь?

Есть такая чрезвычайно плодовитая православная писательница – Ольга Рожнева. Я почитала ее книгу «Тесный путь. Рассказы для души». Ничего для души я там не нашла, а нашла кучу историй наподобие тех, которые раньше рассказывали бабки на скамейках – был такой социальный феномен в советское время. Но в те времена заниматься тем, чем занимались приподъезные старухи, считалось позором. Если хотели кого-нибудь оскорбить, говорили: «Ты как бабка на скамейке!» А теперь ничего – такие рассказы называют православной литературой, издают и впаривают наивной публике.

На фото: Ольга Рожнева

В аннотации к книге Рожневой «Тесный путь» говорится, что все повести и рассказы основаны на реальных событиях. Это ж сколько словесного мусора впитала в себя писательница и заботливо записала в своих записных книжках, чтобы затем вывалить на людей, пытающихся прийти к Богу!

Вот несколько сюжетов из ее книги. Отец одной игумении родился тогда, когда его отцу было 50 лет, и потому так получилось, что дед игумении жил в 19 веке, а она живет в 21-м. Беременная женщина загремела на сохранение, врачи предлагали ей сделать аборт, а она отказалась, молилась день и ночь, и родила здорового ребенка. Когда один парень сдавал экзамены, его жена прислала из другого города ему телеграмму о том, что она родила, и он приехал к ней в роддом. Женщина оставила грудную дочь на кровати, пошла к соседям, тем временем ее дочь упала с кровати и стала инвалидом. Старушка сошла с ума, ее дочь стала просить о ней Бога, после чего старушка стала нормальной, а женщина воцерковилась.

Мне лично это все совершенно неинтересно – кто, когда и как родил, в каких условиях воспитывал детей, по каким причинам заболел и какими путями пришел к Богу. Это может быть интересно только самим действующим лицам и их близким родственникам.

Иногда Рожнева делает какие-то потуги преподнести своим читателям что-то нравоучительное. Например, рассказывает, что один мужик вышел покурить на чужой свадьбе и во время перекура поцеловался с подругой своей жены. Потом вернулся в зал. Официантка нечаянно уронила ему на колени горячую утку, после чего развратник половину свадьбы простоял в нижнем белье и с красными ногами на кухне.

Ну и что? Каждый из нас может вспомнить кучу историй о том, как блудники и прелюбодейцы расплачивались за свое поведение. Особенно часто повторяется один сюжет – кто-нибудь уходит из семьи к любовнику или любовнице, а через несколько лет и от него самого уходит этот человек. В итоге прелюбодей остается у разбитого корыта.

Еще Рожнева тщится нам рассказать про монастырскую жизнь. Но и это какая-то, извините, дребедень. Например, монаху сказали: «Пожарь картошку на зиму». Он стал ломать голову: что это за странный вид заготовок? А потом выяснилось, что надо было пожарить картошку Назиму Ивановичу.

Или вот история. Пошли монахи на покос, а игумен прислал им окрошку из кваса. Потом монахи шли с покоса и говорили, что у них была квасная трапеза.

Таких историй случается приличное количество на каждом производстве. Но мы их не помним, потому что срок их жизни один-два дня. В течение этого времени все сотрудники отдела или фирмы обсуждают их, смеются, а потом забывают. А Ольга Рожнева такие истории скрупулезно записывает, а потом скармливает их некрепким умом людям.

Есть в ее книжке еще один пласт рассказов: то, что она записала за людьми, когда работала в экскурсионной службе Оптиной пустыни. Какой-нибудь невежда или дурак чего-нибудь ляпнет, а Ольга Рожнева тут как тут со своим блокнотом. И вот нате вам, люди добрые, читайте, просвещаетесь, набирайтесь ума-разума, а, вернее, тупейте. Потому что, как говорится, с кем поведешься, от того и наберешься.

Читать еще:  Сей род ищущих Господа… или Дороги, которые мы выбираем

Вот, например, полностью слова паломницы без моих купюр: «И чего я сюда только приехала? И чего я тут не видела? Несколько храмов да несколько домишек – больше и нет ничего! Оптина пустынь, Оптина пустынь! И чего я сюда только ехала?!»

Или вот разговор, который приводит Рожнева:

– Алло, это экскурсионная служба?

– Можно вам исповедоваться?

То, что делает Рожнева, на самом деле отнюдь не безобидные вещи. С помощью таких, как она людей, враги Бога, затесавшиеся в человеческую структуру нашей Церкви, подменяют православие. Не зря одна из ее книг с рассказами вышла в масонском издательстве «Вольный странник».

Если бы не было книг Рожневой и иже с ней, то руководители лавок в храмах были бы вынуждены выставлять на продажу «Жития святых» святителя Димитрия Ростовского, книги святых отцов, толкования на Священное писание и настоящие молитвословы. А так осознанные и неосознанные враги Церкви заставляют полки всякой дребеденью. Люди приходят в лавки, перелистывают эти книги и думают, что это и есть настоящее православие: рассказы на уровне сплетней православных писательниц, ереси модернистов-мужиков и испорченные молитвословы без грифов Издательского совета РПЦ. В итоге в свое время приходит к власти антихрист и все поместные Церкви безболезненно переподчиняются ему, так как уже мало кто знает небесное православное учение – вместо него люди впитали из псевдоправославных книг антихристово учение о земном благополучии. И лишь горстки монахов, священников и мирян молча и спешно бегут с утонувшего корабля – в последние три года мира настоящая Церковь будет подпольной. Антихрист будет стоять во главе лжецеркви.

В богослужебных текстах про преподобных говорится, что они, находясь в теле, жили как бы на небе. То есть они вообще плевали на все земное и думали только о будущей жизни и о Боге. А про мучеников говорится, что они презирая все земное, смело пошли на муки за Христа, и быв убиты, пришли к Богу.

Потому что христианство – это небесная религия. Преподобный Антоний Великий учил: «Не занимайся разговорами, относящимися к пустым предметам мира сего». А псевдоправославие, то есть учение антихристово, отличается тем, что оно все на земле и все о земном. Поэтому псевдоправославие и впаривает нам книжки о том, кто на ком женился, по какой причине от него ушла жена, и при каких обстоятельствах будущая инокиня бросила своего жениха.

Кроме того, человеческая память небезгранична. Ее нельзя захламлять всякой ерундой. Когда ты запомнишь, кто и когда родил из знакомых Рожневой, из памяти может уйти какое-нибудь наставление преподобного Иоанна Лествичника.

К тому же душа и дух человека во многом формируются благодаря той информации, которая поступает в мозг. Если слушать глубокие тексты вечерних богослужений и читать святых отцов или хотя бы «Жития святых» святителя Димитрия Ростовского, то будешь духовно и интеллектуально расти и приближаться к Богу. А если читать рассказы Рожневой, то будешь глупеть и опошляться.

Вообще книга Рожневой – это своеобразный антипатерик. В патериках рассказывается очень лаконично о великих подвигах великих людей. Также там бывают небольшие вкрапления о леденящих кровь наказаниях грешников. И в патериках даются удивительно глубокие высказывания святых. А в книге Рожневой куча пространных рассказов о серых, бездарных и неинтересных людях, немного блеклых повествований о наказаниях, а также высказывания людей крайне глупых и даже, может быть, психически не совсем здоровых.

Алла Тучкова, журналист

Для тех, кто хочет поддержать меня материально, вот номер моей карточки Сбербанка: 5336 6902 3961 1645 Зарабатывать деньги в пропагандистские и пустословные светские СМИ или в православные модернистские СМИ я не пойду.

Cовременное монашество. Игра и богоискательство

Интервью с иеромонахом Григорием (Побожиным), кандидатом богословия, преподавателем Новгородского духовного училища, насельником Свято-Юрьева монастыря

Иеромонах Григорий Побожин. Фото: Антоний Киш

Отец Григорий, почему из множества путей жизни в Церкви вы избрали монашеский?

Строго говоря, я его не избирал. Просто однажды я подумал, что для меня это наиболее адекватный путь служения Христу и ближнему.

Мирянин сегодня ничему не научен, ничего не может и не умеет в духовной жизни. Белый священник отягощён всякими семейными обязанностями, беготней по требам.

Монах хотя бы имеет возможность заниматься чем-то более-менее соответствующим христианскому званию.

– А в чём вы видите цель монашеской жизни?

Я не вижу никакой специфической цели монашеской жизни, есть просто цель жизни христианская – Христос. Надо стараться быть с Ним, исполнять заповеди, служить Богу…

Я понимаю, что эти слова навязли в зубах от частого употребления, но это оттого, что за ними слишком мало дела.

Монашество – это некий церковный институт, которого при нормальной жизни церкви не должно было бы и быть. Оно появилось в истории, когда церковь начала сдавать свои позиции и сращиваться с государством. А потом и монашество начало сращиваться с государством – это процесс бесконечный.

Теперь уже и внутри монашества есть схимники. Можно было бы выдумать ещё один институт внутри схимников и так далее. Но это будет совсем глупо – так сужать пространство в поисках, где есть Христос и Его ученики, то есть Церковь.

Чего, на ваш взгляд, не хватает современному монашеству и монахам, чтобы исполнять заповедь «будьте Моими учениками»?

Чего не хватает? Мозгов не хватает, чтобы отличать настоящее.

В Русской православной церкви традиционное монашество давно уже приказало долго жить, может быть, за редким исключением; остальное – просто-напросто какие-то реконструкторские игры, к которым с той или иной степенью рвения приобщаются простые верующие.

Все эти клобуки, чёточки, какие-то молитовки, вот эти бороды, особо смиренный вид… Подобное делают всякого рода толкиенисты, реконструкторы боёв рыцарских или Великой Отечественной войны. Только монашество кажется гораздо более солидным и серьёзным. Сначала они в это играют совершенно искренне, потом, исподволь, начинают понимать ложность своего состояния, но в конечном итоге просто привыкают.

У нас после советских гонений не сохранилось никакой традиции, никакой преемственности в монашеской жизни, которая никогда не была простой. То, что мы читаем в Добротолюбии, в Лествице, у разных святых отцов, очень почтенных и хорошо осознающих, что они делают и пишут, – для нас всё это выглядит диким, но мы не можем признаться, что такая огромная пропасть между ними и нами. Псевдо-средневековое воззрение на монашество, которое ныне популярно и пропагандируется, никоим образом не соответствует современным запросам ни общества, ни церкви.

А что можно было бы изменить, исправить для возрождения монашества в нашей церкви?

Всё сказанное мной – это часть болезни церкви.

Менять нужно саму современную церковную систему, которая вопреки древней традиции стала очень заклерикализована, заиерархизирована.

У нас, по сути, феодальная система правления, когда правит только один феодал, все остальные – вассалы, которые смотрят ему в рот. Это касается и государства, и церкви, которая ориентируется в этой модели на государство.

Всё это печально, к тому же зачастую приобретает отвратительные формы, когда ты вынужден изображать из себя подобострастного подданного, бежишь под благословение и чуть ли не земные поклоны кладёшь перед епископом. В такой системе сам человек – винтик, ничего из себя не представляет, он вынужден ориентироваться на начальника. Его начальник ориентируется на следующего начальника, и так до самого верха. Нет того, что должно быть, – церковной общины, когда ты можешь спокойно с человеком общаться о вере, Боге, церковной жизни и вообще о жизни, пусть он даже стоит выше тебя уровнем на иерархических ступенях или ступенью ниже.

При таком положении дел у нас два выхода: или мы превратимся в гетто со своими причудливыми правилами и на нас будут смотреть как на музей, или всё это закончится взрывом – церковной революцией.

Вынужденные пресмыкаться перед начальством священники, миряне, монахи, видя, насколько они отличаются от современного общества, будут бунтовать тем или иным образом. Скрытый бунт уже присутствует на всех уровнях. Все ропщут: миряне на священников, священники на мирян и епископов, епископы ни во что не ставят священников и мирян, при этом тоже ропщут в отношении патриарха. Уж не знаю, что там в голове патриарха. Он тоже наверняка недоволен, потому что и сам жёстко обусловлен сложившимися рамками и границами. Любой начальствующий в церкви вынужден носить какую-то маску, которая не соответствует его личным представлениям о христианстве, монашестве или епископстве.

Читать еще:  Монастыри миру: о том, как важно быть на связи с Богом и ближними

– А лично ваши надежды на монашеский путь как-то оправдались?

Я не собирался быть монахом – просто меня сначала рукоположили, и я довольно долго был целибатным дьяконом, а потом священником. Поэтому после пострига ничего особенного не изменилось, опять же в силу того, что собственно монашество «не работает».

Все видят, что есть монастыри, в которых живут какие-то люди, которые особо одеты, но на этом их особенность чаще всего и заканчивается.

Они ведут, в общем, тот же самый образ жизни, к которому привыкли, и занимаются теми же самыми делами, к которым привыкли, например, на приходе. Если человек «заточен» под преподавание – он и продолжает преподавать. Я этим и занимался, только сменил место жительства на монастырь, и преподавания в моей жизни стало больше – и всё.

Конечно, так не везде. Где-то есть монастыри, где жёстко «играют в монашество», но это обычно люди, очень оторванные от всего того, что происходит сейчас в церкви, далеки от какой бы то ни было древней церковной традиции и от современной жизни. Чаще всего всё это заканчивается трагически – историй таких немало.

Иночество и монашество, на ваш взгляд, предполагает этот уход из мира или человек предстает перед миром в некоем новом качестве?

Учитывая размытый, неясный характер современного монашества, очевидно, что люди приходят в монастырь со своими какими-то «тараканами» и планами. Иногда послушаешь эти планы – глаза на лоб лезут: кто-то хочет укрыться, спрятаться, чего-то избежать в жизни. То же, что и с крещением: чтобы не болел и не сглазили. Но это, конечно, неправильно.

В первоначальном христианстве люди потому все оставляли и уходили, что они обретали это потрясающее открытие – Христа, от которого, так сказать, замирало сердце, и все остальные ценности становились для них несущественными.

Это и заставляло их совершать такие дикие, с точки зрения общества, поступки. Но, положа руку на сердце, скажите, сейчас много вы таких примеров знаете?

Есть такие вдохновенные примеры и в наше время. Но их не может быть много.

Конечно. Не всё так плохо на самом деле. В Русской православной церкви пока идёт всё медленно и со скрипом, в то время как христианский мир несётся вскачь галопом.

Нам надо вспомнить свои традиции и посмотреть на тот же самый католический Запад, который старается всегда зорко следить за тем, что происходит в мире, соответствовать запросам людей. Мы видим, что Ватикан не боится искать ответы на очень острые внешние проблемы, финансовые, социальные, национальные. Но и внутренние проблемы западная церковь, которая была менее разорена в ХХ веке, часто решает лучше нас. Там сохранились монашеские движения совершенно разных типов. Хочешь быть созерцателем – иди в трапписты, молись и созерцай. Есть миссионерские ордена, а есть монастыри, которые служат бедным, как Тереза Калькуттская. Везде свои особые уставы, помогающие устроить жизнь монашеской общины в конкретном служении.

У них, что немаловажно, своё начальство – монастырское, то есть они не подчиняются епархиальному архиерею и его представлениям о том, как им должно жить. Их курирует свой комиссар, который может жить где-нибудь на другом полушарии, но у них одна традиция и они заняты одним делом.

У нас ничего не работает, потому что всё свалено на одного человека – местного правящего архиерея, который зачастую просто не имеет возможности держать руку на пульсе всего, потому что он всего лишь человек.

Но ситуация его заставляет… Не только ситуация, но и подпевалы, которые его окружают, постоянно его возвеличивают целыми днями, поют ему дифирамбы, то есть делают из него этакого супергероя. Поэтому все вынуждены играть в эту дурацкую игру, в том числе и монашествующие. Но надежда есть.

Глупо копировать западные образцы, да и не получится, но учиться у них уж точно надо. Ведь они же не стесняются учиться у нас, проводят ежегодные конференции по православному богословию, по русской святости.

Но даже при всех современных недостатках вы считаете, что монашество – это то, что позволяет служить Богу и Церкви?

Да-да, именно это я хочу подчеркнуть. Я изначально понимал, что в таком трудном нынешнем положении Русской православной церкви нужно стараться служить Христу, не обращая внимания на какие-то побочные эффекты нашей жизни. Понимал, что это можно только в монашеском чине, и то – если повезёт с архиереем. Мне повезло, у нас хороший архиерей, насколько может быть хороший архиерей при вышеизложенных условиях. И обстоятельства моей жизни, слава Богу, сложились так, что я могу вести социально активный образ жизни и служить – меня не держат взаперти.

Сохраняется всё-таки надежда, что и мирянам можно служить Богу и церкви?

Мирянам я бы вообще не рекомендовал идти в монашество, особенно женщинам.

Нет, вопрос не о монашестве, а о возможностях – кроме монашества.

Вот и нужно эти возможности использовать, потому что зачастую монастырь становится могилой для мирянина. Просто его там затюкают, особенно если он нетвёрд в вере, такой неофит. Его просто замордуют до психологического срыва, депрессии и, чего уж греха таить, до самоубийства. Если в мужских монастырях с тобой будут ещё как-то более-менее прилично обращаться, то в женских монастырях зачастую – просто какой-то дом умалишённых пополам с колхозом. Среди них встречаются очень крепкие хозяйства, замечательные, но только ради этого они что ли там собирались? Чтобы картошку окучивать целыми днями и коров доить? Розочки сажать. И вот они там до остервенения сажают эти розочки… И понемножку сходят с ума.

Вы сказали, что служить Христу всегда нужно всем – вот это забывается порой, и тогда акценты смещаются на внешние вещи.

Не то чтобы смещаются, этот вопрос даже не ставится. Человеку и в голову не приходит, он вообще это слово «служить» не употребляет. Разве что в молитвах, утренних и вечерних. У него Христос – это просто строчка в молитвослове! Совершенно никакого у него не было Откровения, ничего он не переживал – никаких событий в своей жизни. У него было одно хобби: он в шахматы играл или марки собирал, а потом просто переключился на другое, на пенсию вышел, предположим. Теперь он думает, что нашёл истину, которую и не искал. А нужно искать, и не обязательно в монастыре.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector