0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Патриарх Сербский Ириней: Проблема Украины может разделить православный мир; в XXI; веке

Патриарх Сербский Ириней: Проблема Украины может разделить православный мир в XXI веке

29 января 2019 года по окончании встречи со Святейшим Патриархом Московским и всея Руси Кириллом Святейшей Патриарх Сербский Ириней ответил на вопросы представителей СМИ.

– Ваше Святейшество, в первую очередь хотелось бы спросить Вас о нынешнем визите в Москву, в Россию, в таких непростых условиях, в которых сейчас оказалась Русская Церковь. Каковы Ваши впечатления и Ваши надежды?

Для нас большая честь и радость находиться в Москве, особенно когда речь идет о таком торжестве, как 10-летие интронизации Святейшего Патриарха Московского и всея Руси. Это великое событие для русского народа, для Русской Православной Церкви, но оно имеет огромное значение и для Вселенского Православия.

– Вопрос относительно новоорганизованной «церкви» на Украине. Ваше к ней отношение и возможность урегулирования конфликта, который кажется в данный момент неразрешимым?

Это огромная проблема не только для Русской и Украинской Православных Церквей, но и для всего православного мира. Она внесена внутрь Церкви и будет иметь глубочайшие последствия. Всем нам, православным, нужно реально смотреть на эту проблему, ибо она может иметь не меньшее значение, чем та, которая возникла в XI веке. Проблема XI века разделила Церковь на Восточную и Западную, а эта проблема может в XXI веке разделить православный мир и иметь серьезные последствия.

Мы должны сформулировать эту проблему по отношению к Константинополю, чтобы снять ее с повестки дня. К сожалению, если проблема останется, то мы должны будем занять конкретную позицию по отношению к этому вопросу. Это удар по единству Православной Церкви и его последствия будет больше всего чувствовать именно Константинопольский Патриархат. И именно на Украине будут видны болезненные последствия тех действий, которые сегодня совершаются.

Мы возносим усердные молитвы, чтобы Господь даровал нам мир и вернул единство в православном мире, без которого Церковь не может существовать. И мы обязаны восстановить всеми силами это единство.

– Ваше Святейшество, как Вы расцениваете недавнее решение Константинопольского Патриархата разрешить повторный брак для священников?

Это нас весьма удивило, потому что это решение противоречит всем существующим канонам. К сожалению, это характеризует наше время и говорит об искушении, через которое проходит Церковь.

– Сейчас непростые времена и для Сербской Церкви, я имею в виду черногорских раскольников. Как Вам удается противостоять этой проблеме? И правда ли, что из Черногории выгоняют сербских священников?

К сожалению, Черногория предала Сербию и выбрала не тот путь: они отрекаются от сербского имени, провозглашают себя черногорцами, отдельной нацией от Сербии, которая имеет свои культурные особенности, особый язык. К сожалению, они сформировали и свою «независимую церковь». Во главе этой «церкви» находится один человек, с которого снят священный сан, но он сам себя провозгласил митрополитом Черногорским. И они ожидают признания именно от Константинополя.

Да, это правда, в настоящее время в Черногории имеют место гонения на священнослужителей, монашествующих, которые приехали из Сербии и проводят священную миссию на территории Черногории. К сожалению, сербов выгоняют из Черногории.

Украину могут разделить по-путински

Статья Владимира Путина «Об историческом единстве русских и украинцев», опубликованная 13 июля на сайте Кремля, вызвала эмоциональную реакцию по обе стороны границы. Политические последствия манифеста президента РФ для Украины могут быть самыми фатальными.

«Судя по всему, и всё больше убеждаюсь в этом: Киеву Донбасс просто не нужен. Потому что жители этих регионов никогда не примут те порядки, которые им пытались и пытаются навязать силой, блокадой, угрозами», — пишет президент РФ. Он напомнил, что жители Юго-Востока Украины пытались мирно отстоять свою позицию, но их записали в террористы, в сепаратисты, стали угрожать этническими чистками и военной силой. Взявшись за оружие, жители Донецка и Луганска защищали свой дом, язык и саму жизнь.

При этом Путин прямо связал события на Донбассе с трагедией 2 мая 2014 года в Одессе, где украинские неонацисты заживо сожгли людей, и с угрозами Крыму и Севастополю, которые сделали свой исторический выбор на референдуме (как и Донбасс, который тогда не услышали — Авт.). После подобной трактовки украинских событий изменение отношения Москвы к «не нужному» Киеву Донбассу было бы логичным. Особенно с учетом того факта, что сотни тысяч жителей региона уже стали гражданами России и процесс этот продолжается.

В тексте упомянута историческая область Новороссия (публичное ее упоминание Путиным в 2014 году сильно вдохновило Донбасс, но после встречи с «гонцом» Запада — президентом Швейцарии, он призвал отменить референдум об объединении с РФ), а также украинские земли на которые исторически претендовала Польша. Особо сказано о тяге к России закарпатских русинов. При этом автор сослался на своего политического учителя — Анатолия Собчака, который утверждал, что выходить из СССР республики должны с теми землями, с которыми в него входили.

Последний тезис немедленно подтвердила дочь петербургского демократа Ксения Собчак. «В своей статье Владимир Путин упоминает моего отца. Я помню то папино выступление. Вы согласны с этим тезисом?» — спросила она читателей своего телеграм-канала. В полдень 13 июля из почти 20 тысяч проголосовавших 78% поддержали такую позицию. И это при том, что аудитория скандальной телеведущей далеко не «ватная». Владимир Владимирович, россияне к разделу Украины морально готовы и поддерживают.

Таким образом, Путин впервые публично обосновал теоретически возможный раздел Украины между ее соседями, вернув эту страну к границам 1922 года. Ранее о возможности и даже необходимости такого раздела неоднократно писал колумнист «СП» Эдуард Лимонов. По его мнению, Россия, Венгрия, Словакия и Польша могли бы вернуть свои исторические земли, а Киеву оставить 9−10 центральных областей. Договориться об этом помогут амбиции восточно-европейских политиков. Это позволит Москве спасти русских, оставшихся под сапогом бандеровцев.

До 2014 года Запад устраивало, что Украина — не Россия, отмечает президент РФ, но после майдана незалежная превратилась уже в «анти-Россию». «Не просто полная зависимость, а прямое внешнее управление, включая надзор иностранных советников за украинскими органами власти, спецслужбами и вооруженными силами, военное „освоение“ территории Украины, развертывание инфраструктуры НАТО», — констатирует Путин новую опасность. Всё так, ведь подлетное время ракет от Харькова до Москвы 7−8 минут. Москва с этим никогда не смирится, пообещал глава государства.

Читать еще:  Святейший Патриарх Кирилл направил послание Предстоятелям и представителям Поместных Православных Церквей, собравшимся на о. Крит

По мнению Путина, подлинный суверенитет Украины возможен только в союзе с Россией, так как русские и украинцы — один народ. Обоснованию этого тезиса с исторической точки зрения посвящена большая часть статьи. Возникшую между двумя странами стену Путин назвал трагедией.

Ему предсказуемо возразили в Киеве. «Переписывать историю начали еще русские цари, когда присвоили название „Русь“ своей Московии», — отреагировал министр культуры Украины Александр Ткаченко, посмеявшись над тем, что статья Путина переведена на украинский.

Интересно, что виновниками нынешних проблем России с Украиной Путин считает национальную политику большевиков, которые поощряли местные национализмы территориями и развитием языков. Наверное, но при этом большевики имели и мощную идеологию, которая позволила «сшить» страну в единое пространство и удерживать ее в таком виде целых 70 лет — до перерождения части КПСС. Смогут ли сторонники самого Путина повторить подобное? Не факт. Переживет ли «Единая Россия» смену четырех поколений руководителей? Вряд ли.

Но главное, непонятно почему президент РФ выступил со своим по сути манифестом только сейчас, в 2021-м, а не в 2014 году. Такой документ был бы уместен сразу после воссоединения Крыма с Россией и перед событиями на Донбассе. Вместо этого Москва признала легитимность Петра Порошенко, сделала на него ставку, а он обманул. Потом Москву обманул Зеленский. Тем самым украинские лидеры выиграли время, заложили основы антирусской украинской государственности, создали и укрепили с помощью НАТО армию. Теперь эта проблема может остаться нашим детям.

Вообще странно, когда верховный главнокомандующий эволюционирует в публициста. Президент отличается от публициста тем, что имеет власть и может действовать. Для этого манифесты не обязательны. Время — ценнейший в политике ресурс. Путин готовил свою украинскую статью 12 дней (с момента, когда пообещал на Прямой линии). За это время Россия фактически потеряла Молдавию, которая вот-вот уйдет в Румынию и начала терять Кубу. А есть еще Белоруссия, Армения, а в перспективе Казахстан. Если в каждом случае откладывать решение, а спустя годы писать статьи…

Политолог Александр Асафов считает, что текст Путина — это попытка президента России наладить диалог непосредственно с украинским народом:

— Сам факт публикации, да еще и с переводом на украинский язык, вызовет немало домыслов, толков, конспирологических теорий, вплоть до самых радикальных, итогом которых будет обсуждение намерения скорого взятия Киева.

«СП»: — Так и есть. Уже появились мнения, что России нужен как минимум весь Донбасс, а в перспективе и Киев. Текст Путина выглядит как теоретическое обоснование возможного раздела Украины…

— Если разбирать статью по частям, то там нет для отечественной исторической науки ничего нового. Это достаточно известные, доступные факты, с вкраплениями и малоизвестных вещей, но те, кто занимается темой, знают, наверное, сотни книг о российско-украинских отношениях на подобной исторической дистанции.

Думаю, позиция, заявленная президентом на Прямой линии по поводу одного народа (русских и украинцев), требовала детального разъяснения, и оно было дано. Мы видим четко сформулированную, основанную на исторических событиях и их последовательности позицию, которая доказывает, почему именно мы считаем себя одним народом.

С этой статьей сложно спорить, поскольку она основана на исторических фактах. Хотя критики все равно нашлись — придрались в основном к той части, которая основана на модели Собчака. Думаю, в основном они среагировали на фамилию. Тем не менее, это изложение российской позиции по важнейшему для нас вопросу.

Её смысл в том, что при помощи внешних сил на Украине создается не субъектное суверенное государство, а именно проект «анти-Россия». Ведь есть и более глубокие его продолжения. В Европейской исторической науке есть проект «Альтер Рус» — альтернативная Россия, историография которой основана на существовании Великого княжества литовского.

Попытки переписывания истории в политических целях не редки, и Путин говорит о том, как было на самом деле, а право сделать выводы он оставляет читателю. И этим читателем, это видно в том числе по переводу на украинский язык, он видит народ Украины. Это обращено туда. Поскольку Украина производит абсурдные истории про копание Черного моря и происхождение от египтян.

«СП»: — То есть брать в Россию Донбасс, а затем Киев Путин не собирается?

— Не думаю, что кроме возмущения с украинской стороны у этой статьи будут какие-то последствия. Не считаю, что это обоснование каких-то магистральных действий. Это еще и объяснение, почему Москве не очень много чего есть обсудить с Зеленским, несмотря на его вопиющие, за гранью абсурда требования, почему вопрос Донбасса для Киева не решаемый — потому что он им не нужен.

Пытливый читатель поймет, какой бы мы хотели видеть Украину. Есть пример взаимоотношений Австрии и Германии или Канады и США, основанных на сотрудничестве, направленном на получение общего результата, а не на попытки предъявить еще какие-то претензии: исторические или современные. Поиск направлений этого сотрудничества предстоит и России, и Украине.

«СП»: — Не поздно ли спохватился Путин. Семь лет прошло с майдана. Такой манифест должен был появиться сразу после Крыма…

— Полагаю, что отсутствие подобного манифеста в 2014 году связано с тем, что было предположение, что у нас общий взгляд на историю, что ни у одной из сторон нет желания трактовать ее иначе или переписывать. А сейчас мы видим, что с принятием некоторых законов на Украине, например, закона о коренных народах, в котором русский народ вычеркнут, этого понимания нет. И эти азбучные для нас истины стоит прописать еще раз четко, постараться обрести какое-то единое понимание, если это вообще возможно.

Украине грозит распад на четыре части. Такой прогноз сделал экс-депутат Верховной рады Евгений Мураев. «Мы же понимаем, что Югославия была не последняя страна, которую разделили в прошлом веке, в этом веке это, скорее всего, будет Украина», — заявил он, добавив, что Польша, Венгрия и Румыния преследуют собственные цели, безвозмездно вкладывая денежные средства в сопредельные украинские территории, а также активно раздавая украинцам свои паспорта.

«Мы нежизнеспособны экономически, мы не в состоянии себя содержать, мы не имеем будущей перспективы, мы живём в кредит», — подчеркнул политик. Экс-депутат также раскритиковал слова президента Зеленского о том, что СССР был «агрессором», указав, что по такой логике следовало бы отдать пять областей, подаренных Украине, Европе.

В логике Мураеву не откажешь, ведь Украина получила Крым в качестве «подарка» Хрущёва, а Львовскую, Ивано-Франковскую, Закарпатскую и Черновицкую области, а также Южную Бессарабию — согласно пакту Молотова – Риббентропа, который Зеленский обозначил как сговор Сталина и Гитлера, развязавших войну. Было бы логично отказаться от полученного «преступным путём».

Но если идти ещё дальше, то Украине, свергающей памятники Ленину, следовало бы отказаться и от его «подарков», а это весь Юго-Восток. Ну и от «подарков» царей, ведь большую часть «правобережья» Украина получила в результате раздела Польши. И вообще, период нахождения в составе Российской империи нынешняя украинская историография считает «оккупацией». Тогда стоило бы вернуться к границам 1654 года, по сути — к двум нынешним областям — Кировоградской и Днепропетровской.

Впрочем, обвинять Украину в двойных стандартах было бы моветоном — это норма для украинского политикума. И не только для него. Литва тоже на каждом шагу подвергает обструкции советско-германский пакт, но не спешит отдавать полякам Вильнюс. А Польша, в свою очередь, обвиняя Москву в развязывании войны наравне с Берлином, не вспоминает о том, что сама приросла германскими землями. По этой же причине она официально не выдвигает претензий на Вильнюс и Львов, ведь это могло бы стать опасным прецедентом.

Читать еще:  Епископ Пантелеимон: «Пост установлен в Церкви для людей, которые хотели бы узнать Христа»

Неофициально польские политические силы, которые не находятся у власти, выдвигают подобные предложения. Националисты в ходе «маршей независимости» традиционно носят растяжки «Помним о Львове и Вильнюсе», причём акции собирают десятки и сотни тысяч участников.

О том, как выглядела Польша до войны, вспоминают не только политики. На улицах польских городов вполне официально периодически появляются плакаты с картой, включающей «Восточные Кресы», а в 2017-м ко Дню независимости билборды с подобной картой появились в аэропорту Варшавы. Это вызвало истерику у Киева, и их убрали. Сотрудники аэропорта объяснили, что они были повешены в образовательных целях, чтобы показать, как выглядела Польша перед Второй мировой войной.

Между прочим, ещё во времена Польской Народной Республики ходил в народе такой стишок: Jedna bomba atomowa, i wrócimy znów do Lwowa, druga bomba, ale silna, i wrócimy znów do Wilna. Переводится так: «Одна атомная бомба — и мы вернёмся снова во Львов, вторая бомба, но сильная, — и мы вернёмся снова в Вильно».

Разумеется, после распада СССР реваншистские настроения в Польше усилились, появились организации, требующие реституции, а политики впервые начали открыто говорить о возвращении Галиции.

Есть даже легенда, что в 1989 году Горбачёв предложил Ярузельскому покончить с последствиями пакта Молотова – Риббентропа, вернув «Кресы», однако этому помешали рвавшиеся к власти представители «Солидарности». Тем не менее сегодня некоторые польские политики говорят о том, что в момент распада СССР был упущен уникальный исторический шанс, однако история может повториться.

Понятно, что Варшава, находясь в конфронтации с Москвой и являясь «адвокатом» Киева в Европе, сегодня поднимать этот вопрос не будет, да и существование буфера с Россией в виде Украины ей выгодно. Однако в Польше прекрасно понимают то, о чём говорит Мураев: Украина, по сути, является несостоявшимся государством.

Мураев прав, она не способна содержать себя. Получив от СССР мощнейшую экономику, Украина за 30 лет её полностью «проела», а разорвав связи с Россией, перечеркнула любые надежды на изменение ситуации к лучшему. К тому же нацистроительство провалено — никакой объединяющей идеологии не появилось. Напротив, попытка навязать «украинство» привела к потере Крыма и Донбасса. По их пути может отправиться остальной Юго-Восток, о чём регулярно предупреждают даже самые антироссийские политики. Да, сегодня Киеву удалось силой подавить сопротивление, но в любой момент, повторись кризис власти 2014 года, всё вспыхнет по новой.

А в случае отделения Новороссии встанет вопрос о полном распаде Украины. Наверняка повторить этот опыт захотят и другие регионы, населённые нацменьшинствами (Закарпатье, Буковина). И в этом случае страны, где проживают их соотечественники, будут вынуждены прийти к ним на помощь, в лучшем для Украины случае — так, как это сделала Россия в Донбассе, в худшем — как в Крыму.

Пока им не даёт это сделать солидарность с Западом, но Мураев не зря вспомнил Югославию. Она распадалась долго и мучительно — через кровопролитные войны. Европейцам не нужна вторая Югославия по соседству. Раздел Украины мог бы стать единственным способом избежать многолетней гражданской войны.

И очевидно, что соседи Украины готовятся к этому заранее: поляки раздают «карту поляка», которая сразу даёт право на получение вида на жительство, а через год — паспорта. Можно не сомневаться, что, когда на Украине всерьёз запахнет жареным, польские корни, позволяющие получить заветный документ, внезапно обнаружат у себя те, кто сегодня ходит на бандеровские марши.

Тем же самым занимается Венгрия, которая активно раздаёт паспорта в Закарпатье. Несмотря на многочисленные дипломатические скандалы, Будапешт продолжает это делать, чуть что — начинает перекрывать Киеву кислород на всех западных платформах. Помешать ему Киев не в силах.

Да и не очень стремится, ведь на Украине видят исключительно «российскую угрозу». В 2018-м украинские журналисты отмечали, что «карты поляка» и венгерские паспорта уже имеют по 100 тысяч украинцев, а ещё 50 тысяч — паспорта Румынии. А в 2019-м, по некоторым данным, обладателями венгерских паспортов стали уже 300 тысяч человек, что больше, чем число этнических венгров на Украине.

Но в Киеве всё равно паникуют исключительно из-за раздачи российских паспортов в Донбассе и упорно не хотят замечать, что три европейские страны активно готовят почву для возврата своих исторических земель и готовы поделить Украину, как только та окончательно продемонстрирует нежизнеспособность.

Четвёртая часть, исходя из суждений Мураева, и самая крупная, очевидно, должна отойти России. И это было бы исторически справедливо. У Украины был уникальный исторический шанс построить сильное государство, но она им не воспользовалась. Нет, никто не стремится никого оккупировать, как бы этим ни грезили в Киеве. Но очевидно, что нынешняя власть идёт к тому, что соседям просто придётся разобрать остатки Украины, чтобы предотвратить войну всех против всех, помня о печальном опыте Югославии.

Как заявил в ходе прямой линии президент России Владимир Путин, нынешний глава Украины Владимир Зеленский отдал страну «под полное внешнее управление», и вопрос о встрече с ним в ближайшее время закрыт, и он не знает, о чём с ним говорить. А это значит, что у Украины остаётся совсем немного времени, чтобы остановиться хотя бы в шаге от пропасти. Но, похоже, ни сами украинские власти, ни их хозяева за океаном не собираются ничего менять, открывая возможности для реализации самых негативных для страны сценариев.

Третий Рим в гостях у Второго

Через пару лет в Константинополе состоится Всеправославный собор. Или не состоится, ведь о необходимости его созыва и о подготовке к нему православные говорят уже почти столетие, но так пока его и не провели. Пожалуй, сейчас православные иерархи разных стран ближе всего подошли к практической работе по его созыву, для чего предстоятели церквей и собрались в Константинополе (Стамбуле) в первую неделю Великого поста.

Читать еще:  Выступление Святейшего Патриарха Кирилла на совещании по подготовке и проведению юбилейных мероприятий, посвященных 800-летию со дня рождения князя Александра Невского

Конечно, разумно считать, что процесс подстегнула ситуация на Украине, в том числе и церковная, но странно было бы думать, что событие, которое может оказаться для православных восьмым Вселенским собором, произойдет в связи со сменой власти на Украине и желанием значительной части украинских православных выйти из подчинения Московскому патриарху.

Есть немало вопросов не меньшего масштаба, с более давней историей, которые православным всего мира следует хотя бы обсудить между собой, а в идеале и решить.

Одна из таких организационных проблем — православная церковь в Америке (ПЦА), которая с 1970 года считает себя самостоятельной юрисдикцией. Она получила автокефалию (независимость) от РПЦ, но для Константинополя она по-прежнему часть РПЦ. Кстати, примерно такая же ситуация с небольшой православной церковью Чешских земель и Словакии.

Казалось бы, какая разница? А почему правительство Греции до сих пор возражает против присутствия на карте Европы страны с названием Македония, настаивая на бессмысленной добавке «бывшая югославская республика»? Да потому, что считает любую возможную Македонию не более чем греческой провинцией. Нет, у греков нет никаких территориальных претензий к этой республике, они не собираются с ней воевать или проводить на ее территории референдумы, но слово они зарезервировали за собой.

Вот примерно так и здесь выходит. Здесь сталкиваются две логики двух патриархатов, Константинопольского и Московского. Патриарх Константинополя, как и в византийские времена, остается первым среди православных иерархов, хотя прочие патриархи ему не подчинены. Более того, его каноническая территория, по сути, есть часть Турции с центром в Стамбуле, где проживает меньше православных, чем на территории какого-нибудь большого прихода в спальном районе Москвы.

Но для Его Божественного Всесвятейшества архиепископа Константинополя — Нового Рима и Вселенского патриарха Варфоломея, равно как и для его предшественников, пышный византийский титул — не пустые слова, а заявка на то, что потенциально его юрисдикция распространяется на весь мир.

Православные, оказавшиеся по тем или иным причинам вне канонических границ других патриархатов, должны подчиняться Константинополю. В том числе и в Америке, и в Чехии, и (потенциально) на Украине.

И тогда уже размеры собственной канонической территории не имеют никакого значения — ведь влияние Римского папы тоже несопоставимо с территорией, которую занимает Ватикан.

Именно в желании уподобиться папам упрекают Константинопольских патриархов в Москве. Здесь господствует иной подход: все поместные церкви равны между собой, за Константинополем сохраняется только символическое первенство в память о его исторической роли, а доля влияния каждой поместной церкви определяется количеством верующих, пусть и номинальных, которые проживают на ее канонической территории. Понятно, что Москве здесь не будет равных.

Но если считать по числу епископов, безусловно и безраздельно царить будут греки. Ведь именно они занимают три других древнейших патриарших престола: антиохийский, александрийский и иерусалимский, это уж не говоря о церквях Эллады (Греции) и Кипра. При этом у греков традиционно епископов много: в маленькой Греции 81 епархия, не считая Афона, это всего лишь вдвое меньше, чем в огромной России. Да и то, большинство российских кафедр появились в последние десятилетия, а греческие восходят к византийским временам.

Понятно, что принимать на соборе решения путем общего голосования, как это и было в древности (по крайней мере, в идеале), было бы для Москвы совершенно неприемлемо. В результате переговоров стороны пришли к решению: голосовать будут не епископы, а церкви. Каждая из них может представить по 24 епископа (в некоторых такого количества и не найдется), но их голоса все равно будут засчитаны как один.

По сути дела, это означает, что решения будут принимать не все епископы, а только предстоятели поместных церквей. Если какой-нибудь несознательный епископ не согласится с мнением начальства и дерзнет свое несогласие публично высказать, его голос даже не будет засчитан.

Константинополь желал принимать решения большинством голосов, а Москва настояла на принципе консенсуса. По сути, это означает, что каждый предстоятель будет иметь право вето… Но тогда зачем и собор собирать?

Тогда, видимо, можно было бы обойтись совещанием предстоятелей церквей, которые вместе занялись бы поиском решений по разным текущим вопросам. А их накопилось немало. Так, часть православных еще в 1920-е годы перешла на новый (григорианский) календарь, а в Финляндии стали даже Пасху праздновать вместе с западными христианами. Поэтому сегодня православные отмечают праздники с 13-дневным интервалом, иногда — на одной и той же территории (например, в США). Часть решила следовать за движением небесных светил и велениями времени, часть осталась верна хронологическим таблицам, составленным еще в святоотеческие времена. Может быть, стоит прийти к согласию?

Второй острейший вопрос действительно юрисдикционный, о нем уже было сказано выше. Не пора ли наконец разобраться, сколько существует этих самых поместных церквей и кто кому подчиняется? Не пора ли выработать механизм решения юрисдикционных споров, вроде того, который около двух десятилетий поделил между Москвой и Константинополем православные приходы Эстонии, и конфликт этот был настолько острым, что два патриарха впервые временно прервали тогда общение меж собой?

Видимо, по-настоящему решить эти проблемы можно только в ходе содержательных дискуссий — а они вряд ли предполагаются в формате такого собора, на котором по каждому пункту потребуется единогласное решение предстоятелей. Если они вдруг придут к такому решению, то, к примеру, смогут ввести везде григорианский календарь и без собора. А если не придут, то и собор это вряд ли изменит.

Разговоры о грядущем соборе пока всего лишь высветили то, что и так уже было ясно видно: разницу в подходах между Новым Римом, то бишь Константинополем, и Римом Третьим, то бишь Москвой, и желание каждой из сторон быть лидером православного мира.

Константинополь ведет себя так, как будто на дворе век примерно XI и Византия переживает расцвет. Но и Москва старательно возвращается в XVII век, во времена Алексея Михайловича, единственного православного государя на всем белом свете, когда «лукавые греки» привозили святыни в белокаменную столицу в обмен на богатые вклады в их монастыри. А вся дальнейшая история с катастрофами 1453 и 1917 годов как-то прошла в другом измерении.

Когда появятся и какими будут православные ответы на вызовы именно XXI века, пока невозможно предугадать.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector